Виктор в душе ликовал — задание Королева и Скворцова было выполнено. Поедая преданными глазами берлинское начальство, он заверил, что выполнит возложенную на него миссию. Майор благосклонно кивнул головой и отпустил его. Виктор вышел из кабинета Штольца, не чувствуя под собой ног. Его переполняла радость. Впереди ждала встреча со своими.
После объявления Штольцем решения о назначении командиром спецгруппы Бутырин воспрянул духом. Гитлеровцы ему поверили и выделили из общей серой массы агентов. Но, наглухо отрезанный от внешнего мира кирпичным забором и бдительной охраной, он был связан по рукам и ногам. Курьеру Центра, если тот и находился поблизости, было не так-то просто найти его в той шпионской паутине, которую абвер сплел на оккупированной территории. Поэтому Виктору не оставалось ничего другого, как искать помощника в своем окружении.
Выбор был ограниченный: официантка из столовой, начальник гаража — степенный латыш, как-то в разговоре обмолвившийся о дочери, проживавшей в Кирове, и водитель продуктовой машины — выходец из Петербурга. Взвесив все за и против, Виктор остановился на начальнике гаража. Его дочь могла стать той самой ниточкой, которая бы привела к контрразведчикам Королева. Но осуществить свои намерения Виктору не удалось. 7 июля группу из десяти отобранных агентов, в их числе оказался и он, под командой Николая Волкова — Дуайта-Юрьева перебросили на полевую базу абвера вблизи местечка Балдоне.
Здесь все было подчинено одной цели — сделать из курсантов-агентов настоящих асов повстанческой деятельности. С утра и до позднего вечера они были закручены в колесо занятий и тренажей. Неугомонный Волков и второй старший инструктор — зануда Крюгер гоняли их до седьмого пота, заставляя повторять каждое упражнение по десятку раз. Все это говорило Виктору о том, что в абвере на его группу делали серьезную ставку, Но когда и где ей предстояло вступить в дело, оставалось тайной. Ситуация прояснилась, когда начались занятия по топографии. Карты, на которых ему приходилось прокладывать маршруты движения группы и искать площадки, пригодные для посадки грузовых самолетов, указывали на то, что Коми и есть тот самый район, где по замыслу руководства «Абверштелле Остланд» предстояло развернуть повстанческое движение в тылу большевиков.
