Отчет Пленума подтверждает, что заговор троих из четверки — Хрущева, Маленкова и Булганина — составился еще тогда, когда Сталин боролся со смертью. Вот выступления Хрущева на Пленуме: «Примерно за сутки до смерти т. Сталина я сказал т. Булганину… после смерти Сталина Берия будет всеми способами рваться к посту министра внутренних дел… Это приведет к очень плохим последствиям для партии… Булганин: «Был такой разговор» («Известия ЦК КПСС», 1991, № 1, с. 150). А вот и выступление Булганина: «Т. Хрущев перед кончиной т. Сталина действительно говорил мне о Берия: «Как видишь, мы стоим накануне смерти нашего вождя, но я предвижу и боюсь, что Берия нам сильно осложнит дело: я предвижу, что, когда умрет Сталин, он рванется к МВД. А зачем, ты думаешь, ему нужно МВД? Затем, чтобы… подчинить себе партию и государство» (там же, с. 173).
Так что заговор против Берия образовался еще внутри большого заговора против самого Сталина. Однако заговор против Берия совсем не означал, что тройка этим самым хочет реабилитировать Сталина и осудить Берия за то, что он поднял кампанию против культа личности Сталина. Именно так поняли разоблачение Берия старые соратники Сталина Ворошилов, Каганович, Андреев. Они, члены Президиума ЦК, как и весь ЦК, не знали и не могли знать, что осуждение культа личности и свержение Сталина — совместное решение всех членов четверки. Не потому они свергли Берия, что тот вместе с ними низверг Сталина с трона диктатора, а потому, что он хотел сам занять его место. Вот из-за этой неосведомленности и звучали такие речи на Пленуме:
