«Нет, — отвел глаза от Темы учитель. — Мартынова трогать не буду. Он только что встал по моему предмету на правильный путь. Но если не Мартынова, то кого же? — задумался литератор. — Может быть, Васильева? Он как раз подверг сегодня сомнениям возможность оригинального урока в рамках школьной программы».
В это время Женька, совершенно не подозревая о напряженной работе мысли учителя, читал длинную записку Темыча. Тот предлагал обсудить с Пашковым на ближайшей же перемене такой вариант: дуэль между Быком и Гвоздем провести во дворе их собственного дома на Большой Спасской улице. И обоснование у Темы было. В подобных драках очень часто начинают случайно лупить совсем не тех, кого надо. Поэтому самое предпочтительное — находиться поближе к собственному дому. Так, по крайней мере, в случае чего можно быстро унести ноги.
Женька как раз собирался письменно оспорить предложения Темыча, когда Роман Иванович произнес:
Васильев!
А? — воззрился на него рассеянно Женька.
Встань! И без «а»! — отрезал учитель.
Женька поднялся на ноги. Класс, немного отвлекшись от переписки с Пашковым, которая принимала все более односторонний характер, следил за дальнейшим развитием событий.
— Расскажи—ка ты мне, Васильев, о роли Мартынова в дуэли, — потребовал Роман Иванович.
«Господи! Как же Роман—то узнал? — в панике пытался сообразить Женька. — Неужели он научился читать записки на расстоянии? Но даже если и так, все равно ему ничего не скажу, — принял мужественное решение мальчик. — Это же тайна!»
Я жду, Васильев! — прогудел на весь класс учитель.
Извините, Роман Иванович, но про это я вам ничего не могу сказать, — виновато, но твердо произнес Женька. Он ни секунды не сомневался, что речь идет о дуэли Быка и Гвоздя и роли в ней Темыча.
Значит, не можешь, — пошел медленно в наступление старый опытный педагог. — Признался бы сразу, что просто не знаешь.
Наоборот, знаю, — попер от отчаяния грудью на амбразуру Женька. — Но сказать не имею права.
Вот как вопрос, значит, ставишь, — покачал головой учитель. — Мартынов, значит…
«Надо хоть Темыча спасти попытаться, — пронеслось в голове у Женьки. — Роман и так к нему постоянно цепляется».
Могу вам только одно сказать! — выпалил мальчик. — Мартынов совершенно не виноват! Он просто записку писал!
Как, как? — начал терять ощущение реальности Роман Иванович. — Ты еще мне, Васильев, скажи, что и Лермонтов к этому событию никакого отношения не имеет.
Естественно никакого! — вполне искренне подтвердил Женька. — При чем тут Лермонтов? Но больше я ничего не скажу.
Больше и не надо, — согласился Роман Иванович. — Единицу ты уже и так заработал.
В классе поднялось что—то невообразимое. Даже Женька, поняв, в чем дело, предался общему веселью.
— Вижу, у вас сегодня слишком весеннее настроение, — мрачно оглядел беснующееся сообщество Роман Иванович. — Повторение оригинальной темы назначаю на следующий урок.
И, взяв под мышку журнал, он энергичной походкой удалился из класса. Почти сразу же после этого прозвенел звонок на перемену. Ясно, что «оригинальная тема» была все равно сегодня обречена.
Впрочем, другие учебные дисциплины шли не лучше. Ни химичке Алевтине Борисовне, ни даже математичке Светлане, два последних урока которой завершали учебный день, не удалось переломить настроение класса. По отдельным репликам преподавателей у ребят сложилось мнение, что и с остальными классами второй ступени творилось приблизительно то же самое. Все были полностью поглощены предстоящей дуэлью двух одиннадцатиклассников.
На переменах Пашков в качестве особо доверенного лица противоборствующих сторон носился как угорелый на третий этаж. Затем возвращался обратно, сообщая «по секрету» восьмому «В» все новые подробности. Постепенно выяснилось, что ссора произошла в воскресенье на улице.
Бык стоял вместе с любимой девушкой возле коммерческого киоска. К ним вдруг подкатился Гвоздь и с ходу принялся приставать к девушке Быка. Тот, естественно, такого стерпеть не мог и двинул Гвоздю по морде. В это время на горизонте возникла милиция. Выяснение отношений пришлось свернуть. Но дело было не такого характера, чтобы оставить все просто так. Поэтому дуэль по всем правилам была назначена на четыре часа в понедельник. Место действия — двор за Домом военной книги. Туда к часу икс должны были прибыть местные парни из группы Быка и ребята Гвоздя с Чистых прудов. Лешка Пашков, несмотря на нейтралитет, все же сочувствовал Быку. Остальные ученики две тысячи первой школы — тоже. Поэтому многие изъявили желание примкнуть к Васькиной группе поддержки.
Вы—то пойдете? — спросил уже после уроков Пашков пятерых друзей.
Повод, конечно, достойный, — пренебрежительно пробормотал Олег. — Ну, поругались. Побили бы тихо друг другу морды, и все.
Много ты понимаешь! — возмутился Пашков. — Морду набить! По—тихому! — передразнил он Олега. — В командах так не принято. Тут обязательно полагается группа поддержки.
Естественно, — проворчал Темыч. — Чтобы потом в групповое побоище перешло.
