Взрывы не задели проскисиолога. Невидимая стена держала фей в пятнадцати метрах. Больше вреда нанесли кусочки костей и грохот. Первые оставили на плаще дыры и порезы на лице. Второй ударил по ушам. Сэмюэль заметил ниточку крови сбоку на шее.
Джеймс дрожал. Его водило из стороны в сторону. Мужчина еле держался на ногах.
Он вытянул перед собой ритуальный кинжал. Рот открылся с неразборчивой речью. До парня донеслись обрывки:
— Приглашаю... Узфруйл-нот... удар ножа...
На завод резко опустился полумрак. Словно нечто огромное заслонило все окна или само солнце. Облака пыли вокруг Джеймса замерцали. Некоторые области замерли и устремились в обратном направлении. Словно время в них текло вспять. Из ниоткуда вспыхнули огоньки, вмиг сжались в пяти точках вокруг проскисиолога и угасли. Мужчина не знал, что делать. Он безмолвно наблюдал за всем. Алекс Крилов побледнел.
«Какого? Двадцати секунд же не прошло! Заклинание заняло меньше!»
Сэмюэль присмотрелся. Бьющееся в бешеном темпе сердце пропустило удар. Области, в которых пыль летела в обратном направлении, образовывали силуэт огромного червя. Туловище обвивалось вокруг безопасной зоны в пятнадцать метров.
— Глупец! — прокричал Алекс. Жужжание притихло. Жабы с крыльями стрекоз быстро разлетелись в разные стороны, через разбитые окна. Прочь, подальше от проклятого завода. — Ты хоть понимаешь, что привел на Сцену?!
Джеймс повернулся на врага. Глаза широко раскрыты, уголки рта приподняты в нервной улыбке.
— Может, теперь поговорим? — предложил проскисиолог.
Парень попытался встать. Тщетно. Два зверька весили сильно больше, чем выглядели. Феи использовали какую-то формулу для удержания.
Пальцы сжали рукоятку трости. Деревянные осколки сильнее впились в бледную кожу, костяшки побелели от напряжения.
Сэмюэль приподнял ладонь над землей, насколько возможно, и быстро ударил три раза.
Он не надеялся на многое. В этом сражении ему отвели роль простого наблюдателя. Все решили за него. Одно было ясно: если парень останется здесь, смерть неминуема.
Алекс казнит Сэмюэля сразу после Джеймса. Сам проскисиолог избавится от него из-за неизвестности и бесполезности. Кто бы ни победил, парень умрет.
От сердца в руку ударила молния. Сэмюэль почти вскрикнул от радости! Шестерка! На кубике впервые выпала шестерка! Боли от отдачи не последовало. Побочные чудеса ударили в один из «громоотводов» в гостинице.
Две феи на спине обмякли и сползли на землю. Он привстал. На четвереньках побежал вдоль стены к Амелии. Боковым зрением следил за разговором двоих.
Алекс Крилов не отрывал глаз от Джеймса, а проскисиолог боязливо держал перед собой кинжал. Рука подрагивала от волнения. Вторая поддерживала ее за запястье. Не помогало.
— Поговорить? — прокричал Алекс. — Тебя нужно уничтожить здесь и сейчас! Ты убьешь всех нас!
— Я не обреченный, — возразил Джеймс. — Пока что. У меня смутные представления о том, на что оно способно. Вы слишком рано заткнули Почтенную.
— Уничтожь его. Сейчас.
— Не уверен, что смогу. Не уверен, что кто-то вообще способен на это. Если я все правильно понял, эта штука теперь с нами до самого конца.
Для убедительности проскисиолог поводил ритуальным кинжалом из стороны в сторону. Воздух вокруг лезвия чудно изгибался.
Алекс отступил на шаг. Их разделяли сорок-пятьдесят метров.
— Объясни.
— Конечно, — улыбнулся Джеймс. — Не бесплатно. Мне нужны переговоры. Вам — то же.
— Чего ты хочешь? — сквозь зубы прошипел Алекс Крилов.
— Ваш пост. Мне нужны связи с дворянством и с местной верхушкой офицеров. А также со всеми практиками в столице.
— Ты понимаешь, что после всего...
— Это возможно, — перебил проскисиолог. — Вашего политического влияния хватит для разрешения нашего непростого положения. Взятки, обещания и шантаж. Или как вы там ведете дела? А после объявите об уходе на покой и представите меня как приемника. Проще некуда.
Алекс долго прожигал Джеймса взглядом.
— Какая мастерская?
— Без понятия, — усмехнулся проскисиолог.
— Чушь! Джеймс! Ты до сих пор жив, и я легко произношу твое имя. Значит, не Бури. Мы до сих пор в порядке. Значит, не Цепей. Какая из трех оставшихся?
Джеймс кивнул на лежащую на земле Амелию.
— Почтенная может пролить свет. Она дала мне имя. Ответит наверняка.
— Или объяснит, как это использовать, — возразил Алекс. — Глупая попытка.
Проскисиолог пожал плечами. Алекс продолжил:
— Она говорила о времени. Упоение или Упадок? Ты не дурак, чтобы призвать вестника из мастерской Гнили.
— Не знал, что вы столь высокого мнения обо мне.
— Только полный кретин будет заигрывать с прошлым и будущим. Ты слишком привязан к своей...
— Вы играете с огнем, друг мой, — возразил Джеймс. — Тянете время? Дожидаетесь старую каргу? Бесполезно. Бабулями со связями не поможет.
— Так думаешь ты.
— Говорил же. Эта штука с нами до самого конца. До краха всей Сцены.
— Блефуешь. Этого не может быть.
— Кто знает? Среди вестников есть такие. Чудовища, что высекают в бытие свое существование. И те, кто отвергают любое вмешательство. В том числе ко всем своим связям. Лучше вернемся к переговорам.
