— Вы совершенно правильно меня поняли; именно там надо сосредоточить наши усилия. Сначала на госпоже Ларден, а затем на Семакгюсе. Не забудьте также про странные донесения, которые мы получаем от наблюдателей за домом комиссара, непонятные появления и исчезновения. Чтобы добиться успеха, придется действовать быстро. Мы проведем тщательный обыск по всем правилам и, полагаю, сумеем загнать нашу мышь в мышеловку. Надеюсь, эффект неожиданности сыграет свою роль.
Николя велел отнести тело Брикара в мертвецкую и запереть его в самом дальнем погребе. За неделю это был уже третий труп, утаенный от посторонних глаз. Что связывало останки, найденные на Монфоконе, с телом Декарта и старого непутевого солдата? Как только связь будет установлена, дело приблизится к развязке. Бурдо собрал своих людей — несколько приставов и стражников помогут им при обыске. Три экипажа, стуча колесами, выехали из-под сводов Шатле и покатились по забитым людьми и телегами улицам. При виде полицейских карет люди расступались крайне неохотно.
Полиция перегородила улицу Блан-Манто и окружила со всех сторон дом, чтобы никто не смог бежать через сад. В сопровождении двух приставов Николя и Бурдо поднялись на крыльцо и изо всех сил забарабанили в дверь. Ждать пришлось долго. Наконец дверь открыла Луиза Ларден; непричесанная, в простом платье из синели, она, видимо, только что встала с постели. Увидев Николя, она немедленно повысила голос, и прошло немало времени, прежде чем молодой человек убедил ее, что явился с официальным обыском. Бурдо шепнул ему на ухо, что, похоже, госпожа Ларден пыталась их задержать, давая кому-то возможность скрыться от полиции. Хотя, согласно последним сведениям агентов, в доме находилась она одна.
Попросив хозяйку подождать в гостиной и приставив к ней стражников для охраны, Николя пригласил Бурдо осмотреть комнаты второго этажа. В спальне Луизы царил невероятный беспорядок. Развороченная кровать и подушки, еще хранившие следы двух голов, свидетельствовали о том, что госпожа Ларден провела ночь отнюдь не в одиночестве. Бурдо провел рукой по одеялу: оно еще хранило тепло человеческого тела. Подозрения подтверждались: когда они постучали, Луиза Ларден была в доме не одна.
Немедленно приступили к обыску. Пристав, облазивший подвал, вернулся ни с чем. Николя методично, один за другим, выворачивал на пол содержимое ящиков и обшаривал шкафы. Найдя в комнате госпожи Ларден плащ и маску из черного шелка, а также пару туфель, он завернул находку в ткань, перевязал тюк и опечатал его. Среди вещей комиссара он не обнаружил ни кожаного камзола, ни черного плаща. В комнате Мари Ларден, на первый взгляд, не произошло никаких изменений. Но именно в ней их ожидал сюрприз. Шкаф, где в прошлый раз он с удивлением увидел одежду девушки, теперь поражал своей пустотой. Платья, юбки, накидки, туфли — все исчезло. Неужели Мари вернулась? Или же… Чтобы проверить свои догадки, он решил расспросить Луизу. В последний раз обшарив все щели, в дальнем углу ящика в столике маркетри он нашел молитвенник девушки. Он помнил, что эту небольшую книжечку в голубом бархатном переплете Мари обычно брала с собой в церковь. Она говорила, что молитвенник достался ей от матери, и она дорожила им. Ищейка, проснувшаяся в Николя, заставила его тщательно перелистать книгу. И труды его не остались без награды: из томика выпал свернутый пополам листок бумаги. Записка, вложенная в молитвенник, оказалась совсем короткой: «Там и весь долг королю».
Итак, третье загадочное послание Ларден оставил там, где его найдет дочь, рано или поздно. Но нашла ли она его? Мари брала молитвенник, только когда шла к мессе, по крайней мере у Николя создалось такое впечатление. Бурдо не видел, как он листал молитвенник, а потому молодой человек молча сунул записку себе в карман. Сначала он сравнит это послание с двумя другими, а потом расскажет о них своему помощнику. У него появилась безумная надежда, что упоминание о короле связано с письмами, которые ему поручено найти.
Николя повел Бурдо в бывшую свою комнату на третьем этаже. С ностальгической грустью он окинул взором опустевшие стены, но ничего подозрительного не заметил. Спустившись вниз, они принялись тщательно осматривать библиотеку. В томике стихов Горация Николя нашел счет от столяра-краснодеревщика, оплаченный 15 января 1761 года. Недавнее число заинтересовало молодого человека, и он принялся рассматривать документ. Его специально спрятали в книгу или он просто служил закладкой? Проверить, что за вещь изготовили по заказу Лардена, труда не составляло. Про эту бумагу он тоже ничего не сказал своему подчиненному.
Сидя на краешке стула, Луиза Ларден ожидала в столовой.
— Сударыня, — начал Николя, — не стану спрашивать, были ли вы одни; мы знаем, что нет. Дом находится под наблюдением. Ваш посетитель далеко не уйдет.
— Вы самоуверенный наглец, Николя, — ответила она.
