В последний раз я видел свой нож на столе. Не знаю, когда Ханг успел его взять, но сейчас он выхватил его из рукава. Блеснуло лезвие, и китаец, держа рукоятку двумя руками, вонзил острие прямо себе в сердце. Потом он сделал неуверенный шаг и упал головой к камину. Его черные волосы едва не коснулись гаснущего огня, а сверху, со стены, из потускневшей рамы на него смотрела первая жена Генри Дрю. Какое-то время, следя, как исполняется приговор богов, никто не двигался.
Потом Ма Ли беззвучно рухнула рядом с мертвым. Марк Дрю успел выхватить у нее из руки нож, и она осталась стоять на коленях, глядя на неподвижную фигуру у камина.
Так закончился жизненный путь этого китайского мальчика, рожденного недалеко от дворца королевы Эммы на побережье Уайкики. Глядя на него, я почувствовал жалость. Но она исчезла, когда я вспомнил, что он вытащил нож из моего багажа. Тогда в первый раз я осознал, чего мне удалось избежать. Горечь и опасения выветрились из моего сердца быстрее, чем камышовый туман поднялся над Сан-Франциско.
Вечеринка Генри Дрю завершилась молчаливой траурной неразберихой. В мерцающем свете газового светильника в полутемном старинном холле Мэри-Уилл протянула мне руку.
— Спокойной ночи, — произнесла она.
— Доброе утро, — ответил я, указывая на часы. — Куда вы собираетесь сейчас?
— В постель, конечно.
— В этом доме вы не уснете. Поднимитесь наверх и возьмите свою шляпку.
— Что-что я должна взять?
— Шляпку. За вашими вещами мы зайдем позже. А сейчас я предлагаю вам вместе позавтракать где-нибудь.
— Это невозможно! Я не могу с вами завтракать.
— Почему?
— Просто так не делается… Это все, — заявила Мэри-Уилл.
— Но сейчас это надо сделать. После завтрака я хочу кое-что купить, и вы можете пойти со мной.
— Купить? Для кого?
— Для жены. Я понимаю, что в городе полно прекрасных невест. И не хочу, чтобы ваши надежды заходили слишком далеко. Но должен сказать, что я подхожу к вам с самыми серьезными намерениями.
— Опомнитесь. Сейчас всего три часа утра.
— Но я люблю вас так же, как и в три часа вчерашнего дня. Необычно, правда? Да, пожалуй, я все-таки женюсь на вас.
— Но сначала решили осмотреться?
— Я окину взглядом других девушек по дороге в бюро регистрации браков. Если мои намерения изменятся, обещаю сообщить вам об этот немедленно. Так что насчет шляпки?
Мэри-Уилл заколебалась. Позднее время не помогло ей сохранить свое восхитительное упрямство.
— Я… Я вообще переоденусь, — сказала она и заторопилась наверх.
На все дела ей потребовалось только полчаса. Туман рассеялся, но когда мы осторожно спускались по крутому склону Ноб-хилл, Сан-Франциско еще трудно было разглядеть. Тротуар был мокрым и скользким. Поэтому пришлось держаться за руки.
Когда мы вышли из круглосуточного кафе возле Юнион-сквер, над молчаливым городом разгорался рассвет. На углу стоял полисмен.
— Как долго придется оформлять брачную лицензию? — спросил я его.
— Не меньше трех часов, — ответил он. — Но бюро откроется только в десять.
— Слишком долго ждать, — пожаловался я ему.
Он улыбнулся.
— Когда-то и со мной такое было.
Я купил пару утренних газет, и мы забрели на Юнион-сквер. В газетах красовались огромные шапки о двойном убийстве на Ноб-хилл. Мэри-Уилл мельком взглянула на них и сказала:
— Кажется, что все это происходило тысячу лет назад. Давайте не будем читать про это.
— Конечно, не будем, Я купил газеты, чтобы на них сидеть.
И развернул их на скамейке. Они отлично подошли для этого. Мы сели очень близко. Милые глаза Мэри-Уилл были совсем сонными. Постепенно ее голова опустилась мне на плечо. Шляпка у нее была маленькая и не мешала этому. Казалось, само Провидение нам помогало.
Мимо нас, все еще улыбаясь, неторопливо прошел полисмен.
— Милая крошка, — тихо сказал он. — Желаю счастья вам обоим.
И, тихо насвистывая, отправился дальше.
Наступил день. Солнечные лучи наполнили площадь. Мимо нас торопливо шагали рабочие. Несмотря на занятость, ни один не упустил возможности бросить любопытный взгляд на нашу скамью. Через дорогу, у входа в мой отель, занял свой пост портье. С утра он был свеж и бодр. Голоса продавцов газет звучали все напористей.
Я наклонился и поцеловал Мэри-Уилл прямо в теплые губы.
— Просыпайся, — обратился я к ней. — Сегодня день нашей свадьбы.
Один из самых популярных писателей начала двадцатого века.
Родился в Гринвиче, в актерской семье. Бросив школу в 12 лет, до 18 переходил с одной работы на другую, после чего поступил на службу в армию. В 1896 году уехал в Южную Африку, где служил в медицинских частях. Здесь под влиянием друзей-писателей начал писать стихи.
Первые свои романы Уоллес публиковал в собственном издательстве, но они не окупались. Только в 10-е годы к нему, наконец, пришел коммерческий успех, а в 20-е он стал самым издаваемым английским писателем.
Уоллес написал 173 романа, 23 пьесы, более 1000 рассказов, не прерывая и журналистской деятельности. По его произведениям поставлено 170 фильмов.
