"Загадка женственности" — это классика, знакомая каждой читающей женщине, это неотъемлемая часть истории женского освободительного движения, это часть мировой культуры. Книга стала первым в стране серьезным социологическим исследованием того социального явления, которое превалировало в послевоенной Америке и шло под лозунгами "обратно к дому" или "назад к семье". В ней был дан точный и скрупулезный анализ причин этого. Со свойственной ей страстностью Бетти обвиняла всех: социологов и психологов, профессоров и политических деятелей, которые не переставали утверждать, что роль женщины — только семья и дети. Она же утверждала, что это архаично, реакционно и полностью лишает вторую половину рода человеческого проявить свои таланты и реализовать скрытые возможности, которые полностью вытесняются домом и семьей. Книга была полемична и в некотором смысле противоречива, но сразу стала бестселлером.Как сказано в некрологе Фридан, опубликованном в журнале «The New York Times» в 2006 году, «Загадка женственности» «дала начальный импульс современному женскому движению в 1963 году и в результате навсегда изменила структуру общества в Соединенных Штатах и других странах мира» и «многими рассматривается как одна из наиболее влиятельных публицистических книг XX века».
«The Feminine Mystique»
Пер. Н. Щабельская
Она давно не давала покоя американкам, но была спрятана настолько глубоко, что о ней даже не говорили. Она давала о себе знать каким-то странным ощущением беспокойства и неудовлетворенности, чувством тоски, от которого в середине двадцатого века страдали женщины в Соединенных Штатах. И каждая боролась с ним в одиночку. Чем бы она ни была занята- стелила ли постели, делала покупки, подбирала материал на покрывало, ставила перед детьми сандвичи с кокосовым маслом, отвозила на машине сына или дочку в клуб скаутов, лежала по ночам рядом с мужем, — она страшилась спросить даже себя: «И это все?»
Более пятнадцати лет об этой тоске не было сказано ни слова, ни слова среди миллионов слов, написанных о женщинах и для женщин в многочисленных заметках, книгах и статьях, в которых специалисты объясняли женщинам, что их роль — в стремлении выполнить свое предназначение быть женой и матерью. Пользуясь традиционными формулировками или замысловатыми понятиями фрейдизма, женщинам без устали повторяли, что они не могут желать себе лучшей судьбы, чем прославления собственной женственности. (Специалисты объясняли, как завлечь мужчину и удержать его, как кормить детей грудью и приучить их проситься на горшок, как справиться с детской ревностью и желанием подростков делать все наперекор; как купить посудомоечную машину, печь хлеб, изысканно приготовить улиток и самим построить бассейн; как одеваться, как выглядеть и вести себя женственно, как сделать брак более интересным; как продлить молодость своих мужей и уберечь сыновей-подростков от совершения преступлений. Их приучали жалеть невротичных, неженственных, несчастных женщин, которые хотят стать поэтами, физиками или президентами. Их научили, что женщинам, обладающим истинной женственностью, не нужна карьера, им не нужно высшее образование и политические права — одним словом, им не нужны независимость и возможности, за которые когда-то боролись старомодные феминистки. Правда, некоторые женщины сорока-пятидесяти лет все еще помнили, как больно им было отказываться от того, о чем они мечтали, но большинство более молодых женщин уже даже и не задумывались о таких понятиях. Тысячи специалистов с воодушевлением приветствовали их женственность до мозга костей, их приспособляемость к этому понятию, их «новую» зрелость. Все, что от них требуется, — это с раннего девичества посвятить себя поискам мужа и рождению детей.
В Америке к концу пятидесятых годов средний возраст женщин, выходящих замуж, снизился до 20 лет и неуклонно продолжал снижаться. Четырнадцать миллионов девушек были обручены уже в 17 лет. Соотношение женщин, учащихся в колледже, по сравнению с мужчинами сократилось с 47 процентов в 1920 году до 35—в 1958 году. Еще сто лет назад женщины боролись за возможность получить высшее образование, теперь же девушки поступали в колледж лишь для того, чтобы выйти замуж. В середине пятидесятых 60 процентов учащихся девушек ушли из колледжа потому, что вышли замуж, или из-за боязни, что слишком хорошее образование может стать препятствием к замужеству. В колледжах стали строить общежития для «семейных студентов», но почти всегда студентами были мужья.
Американские девушки стали выходить замуж, еще учась в школе. И тогда женские журналы, выражая сожаление по поводу столь безрадостной статистики молодых браков, стали настаивать, чтобы в средних школах был введен специальный курс по подготовке к браку или присутствовал бы такой консультант. Двенадцати-тринадцатилетние девочки неполной средней школы уже регулярно ходили на свидания. Промышленность начала выпускать бюстгальтеры с поролоновыми прокладками для десятилетних девочек, а реклама платьев на девочек от 3 до 6 лет в «Нью-Йорк тайме» осенью 1960 года гласила: «Она тоже может завлекать мужчин».
К концу пятидесятых годов уровень рождаемости в Соединенных Штатах начал превышать уровень рождаемости в Индии. К руководителям движения «За контроль над рождаемостью», переименованному в Ассоциацию по планированию семьи, обратились с просьбой изыскать способ, при котором женщины, получившие предостережение, что третий или четвертый ребенок будет мертворожденным или дефективным, все-таки могли бы иметь его. Статистиков в особенности поражал поистине фантастический скачок в количестве детей у образованных женщин. В семьях, где раньше было двое детей, теперь было четверо, пятеро, шестеро. Женщины, ранее хотевшие получить профессию, теперь делали своей профессией рождение детей. А журнал «Лайф» настолько радовался этому, что в 1956 году опубликовал целую хвалебную песнь американским женщинам, которые вновь возвращаются к домашнему очагу.
