Загадки этажом ниже – загадки разгадывает мечтательница, по совместительству друг и помощник детектива и сотрудника полиции. Ее мысли всегда этажом выше.
Зоя сидела в офисе детективного агентства «Треск» и писала о том, о сем. «Ступор, отчаяние, безделица и пустота. К чему все это? Завершение работ, надо из воздуха взять тему. Ау, тема? Не слышит. Жуть требуют от меня написать или расследование преступления, но и без жути многое в жизни жуть, но об этом молчок, темы не мои. На каждую тему есть почитатели и писатели. И почему я постоянно прошлое участников событий тревожу? По сути я за рекламу денег не получаю, а мне досталось писать то, не зная, что. Еще бы понять о каком событии я не писала. Ау, десятое колено из вечности, подскажите тему! Сижу в кресле, сделанном из клееной фанеры, смотрю на дорогущие и цветущие розы, которые подарили мне. Запах у свежих цветов – одуряющий, розы красивые до невозможности, бархатные, вишневого цвета. Я бы назвала розы – розами с кудряшками, лепестки закручены. Ощущение, что такие розы я на своей территории вижу в первые. Запах у роз – чудесный».
Шло время популярности пленки само-клейки. Зоя купила рулончик пленки, наклеила ее на входную дверь с наружной стороны. Дверь была изготовлена по моде того времени из ДСП и шпонки. Когда на двери появилась темно-коричневая пленка дверь преобразилась. Лариса сама себя похвалила и пошла по делам, когда вернулась, то в двери обнаружила записку. Ее приглашал какой-то майор милиции в литературное общество поэтов. Зоя работала помощником детектива и стихи писала в стол, но ее шеф не мог ее сдать, она ему о своем стихотворчестве особо не говорила.
Зоя пережила некие потрясения в своей жизни, и любовь у нее была, и гибель любимого человека. Она писала об этом стихи, писала стихи о своих переживаниях. Стихи о природе ее просто успокаивали. Она нервно относилась к первой публикации стихов, но шило и стихи в столе долго не утаишь. Иногда она выступала на вечерах. Ее как-то пригласили в ДК на встречу поэтов. А теперь у нее в руках была записка, ее приглашали в ЛИТО.
Прошлым летом она собрала стихи, написанные от руки, в общую тетрадку, приклеила свой портрет на обложку и отнесла тетрадь в Союз писателей. Через пару недель ее попросили зайти за результатом. День был теплый. Ответ гласил: «Если можете не писать, то стихи не пишите, ваше лицо на портрете красивее ваших стихов». Лариса глубоко вздохнула, положила тетрадь в сумку и пошла куда глаза глядят. А глаза заметили выставку минералов. Она зашла в полутемный зал, в котором мерцали камни самые разные, самые прекрасные. Она забыло об негативном ответе, камни ее покорили. «Мерцали глаза антрацитом». Стихи ее не понравились кому-то, но тетрадь ее была потрепана, и через пару месяцев из всех окон и со всех концертов звучали ее пару строчек, вставленные в песню. Значит, кто-то ее строчки позаимствовал, вставил в свои стихи и получилась песня.
Осенью, когда в моде был фильм «Ивана Васильевич меняет профессию», произошел инцидент. Некий поклонник подарил Зое книгу, на обложке которой была изображена золотая осень. Лариса тогда работала в одной фирме, одна женщина сказала, что у нее исчезло из стола нечто ценное. Получился снежный, все женщины полезли в свои столы и стали кричать и называть то, что у кого пропало, а потом все пропавшее умножали на три.
Зоя посмотрела в ящик своего стола и не обнаружила в нем, подаренную книгу. На месте книги лежал ее блокнот со стихами. Значит, его кто-то брал в руки. Ой! Пока все кричали про пропажи в стиле фильма, Зоя рвала блокнот со стихами на части. Полгода творчества как ни бывало. В блокноте были ее личные чувства, выраженные стихами, а теперь их больше не было. На нет и суда нет, но ей показалось, что это ее поклонник заглянул в ящик своего стола и забрал свою книгу. Но это были ее не единственные стихи, дома у нее оставались другие блокноты. В конце прошлого века, то есть двадцатого, люди в ЛИТО (литературное общество) ходили с удовольствием, поскольку иного общения просто не было.
Не прошел и месяц, как Зоя в своем столе обнаружила – конфеты трюфели, целых полкило, явно их положил поклонник вместо книги, ведь приближалось восьмое марта. Если бы вы знали, как обворожительно он смотрел на нее! Пусть мельком, пусть на ходу, пусть совершенно случайно. Но его взгляд был слаще всех конфет! Силу взгляда измерить невозможно, если зарождается обыкновенное чувство. Как он мог проходит в комнату к бухгалтерам? Просто, он работал на том же этаже, в той же фирме… Вот, взгляд его приклеивал сильнее пленки. Но это уже прошлое, стихотворное прошлое.
В офис вошел клиент. Зоя прекратила выдумывать или описывать свою жизнь. Клиент прошел в кабинет Ильи Львовича Мухина. Зоя ощутила неприятный запах.
