Один из современников Карамзина Н. А. Полевой рассматривал период монгольского нашествия в истории России в более широком плане. Он видел в нем борьбу Европы и Азии, где России выпала задача претворения Азии, переделки ее на европейский лад. «Русь острит свой меч о меч литовский, дабы низложить монгола». Силы России крепли в период монгольской власти, но не при содействии татар, а именно в процессе тяжелой борьбы с золотоордынским гнетом создавалось Русское государство с Москвой во главе. Не Золотая Орда его создала, оно родилось вопреки воле монгольских ханов, вопреки интересам их власти. Но само собой разумеется, что столь длительное непосредственное общение русского народа с Золотой Ордой и народами, входившими в состав этого государства, не могло не оставить следов на различных сторонах жизни русского общества, в частности, и на бытовой стороне.
На самом деле существует множество мнений относительно того, принадлежали ли русские земли в XIII–XV веках Улусу Джучи, то есть входили или нет в состав Золотой Орды. Некоторые исследователи настаивают на том, что входили, но лишь на какой-то небольшой промежуток времени. Так, один из представителей группы ученых, занимавшихся этим вопросом, философ и историк Н. С. Трубецкой, пишет: «Россия была в то время провинцией большого государства. Достоверно известно, что Россия была втянута и в общую финансовую систему монгольского государства». В отличие от Трубецкого, Г. В. Вернадский настаивал на ином: «…золотоордынский хан являлся высшим правителем Руси — ее «царем», как называют его русские летописи». «Пока Западная и Восточная Русь находились под контролем хана, обе были частями одного политического образования — Золотой Орды», — утверждал он.
Интересна позиция Н. И. Костомарова, он писал: «Ряд князей и государств находились в безусловной зависимости от верховного государя, татарского хана, истинного собственника русской земли»; «Верховный владыка, завоеватель и собственник Руси, хан, называемый правильно русскими, царем, раздал князьям земли в вотчины», то есть как хочешь, так и называй верховного правителя. Еще одно мнение, заслуживающее уважения, это позиция Л. Н. Гумилева: «Ни о каком монгольском завоевании Руси не было и речи. Гарнизонов монголы не оставили, своей постоянной власти и не думали устанавливать. С окончанием похода Батый ушел на Волгу». Но зато в русских землях осуществляла свою деятельность ханская администрация из числа инородцев (инородцев для населения этих земель). Это свидетельствует о принадлежности русских земель к ордынскому государству. Так в «Повести о мучениях Михаила Черниговского» сказано о том, что Батый поставил наместников по всем городам русским. В летописях описывается и административная деятельность этих чиновников в русских землях, и структура штата этих чиновников (об этом мы говорили, рассказывая о ханских ярлыках). Территория княжеств изменялась по решению хана. Такое было неоднократно. Это также свидетельствует о принадлежности их к ордынскому государству.
Из истории известно, что первым из русских князей на поклон в Орду пришел Ярослав Всеволодович. Он сделал это после того, как погиб в бою с монголо-татарами его брат Юрий (1238 год). Став великим князем Владимирским, он нашел единственное приемлемое для себя решение — отправился в Орду. Ярослав не был одинок в своем порыве. Вслед за ним в Орду направились и другие князья Северо-Восточной Руси. Но некоторые из русских князей не желали повиноваться монголам. Среди наиболее харизматичных и решительных оказались князья Даниил Галицкий и Михаил Черниговский, владения которых меньше всего пострадали от монгольского нашествия. Даниил Галицкий, борясь за самостоятельность, попытался опереться на главу католической церкви Папу Иннокентия IV. Однако дальнейшее продвижение монголов на запад заставило южно-русских князей явиться в ставку хана. При этом, как мы помним, Михаил Черниговский был убит (хотя обстоятельства этого убийства далеко не ясны и на сегодняшний день — об этом см. предыдущую главу).
