Для нас сейчас не столь важно, каким человеком был Чингисхан: хорошим или плохим, жестоким или милосердным. Давая ему оценку, следует исходить из того, что выдающегося он свершил в истории. Искусство ведения войны он постигал на собственном опыте, и постигал очень быстро. Слава о молодом энергичном полководце быстро распространилась по степи. Год за годом он одерживал одну победу за другой над теми, кто был сильнее его. Так он подчинил себе все племена в монгольской степи. Он создал новый порядок в армии: все его соплеменники теперь были очень сплоченными. Согласно новой системе, все члены племени, невзирая на возраст, пол и происхождение, должны были выполнять некие общие функции. Если они не могли служить в армии, их обязывали один день в неделю работать, выполненяя общеплеменные проекты и поручения хана. Чингисхан часто испытывал свою новую систему организации армии. Вместо того чтобы ввязаться в открытый бой с превосходящими силами найманов, он изводил их внезапными и быстрыми атаками.
К пятидесяти годам Чингисхан покинул родные земли и выступил в долгий поход за славой. Теперь у войска Чингисхана была великая цель, такая же великая, как амбиции его главнокомандующего.
Попытаемся дать объективную характеристику боевых возможностей воинов-монголов, так как без этого трудно понять степень совершенства исполнения ими даже самых лучших замыслов полководцев Повелителя Вселенной. Их боевую выучку можно характеризовать, по меньшей мере, по двум направлениям: по степени овладения ими тактическими приемами в составе подразделений и по индивидуальной воинской подготовке. Речь идет о ведении боя монголами в качестве конных лучников, а они были удивительными воинами. Итальянский монах-путешественник Плано Карпини писал о монголах: «Все они от мала до велика суть хорошие стрелки, и дети их, когда им два-три года от роду, сразу же начинают ездить верхом и управляют лошадьми. И скачут на них, и им дается лук сообразно их возрасту, и они учатся пускать стрелы, ибо они очень ловки, а также смелы».
Другими важнейшими составляющими боевых качеств монголов была их выносливость и неприхотливость в пище. Они могли не есть и даже не пить одни-два дня. При этом не высказывали раздражения. Для них не существовало плохой погоды, потому что они хорошо переносили как стужу, так и чрезмерный зной. Монголы всю свою жизнь проводили в трудных природных условиях, и дух спартанства сознательно поддерживался в их среде. Об этом даже говорилось в «Биликах» Чингисхана: ни у кого не появится «войско, подобное татарскому, что терпеливо в трудностях и благородно в спокойствии, что в радости и несчастии одинаково покорно полководцу». Такую политику правителей монголов можно считать «кнутом». Обратная «кнуту» мотивация, то есть «пряник», — добыча, которая за вычетом ханской доли была в полном распоряжении каждого монгольского воина. Это являлось хорошим стимулом для того, чтобы выживать в самых непростых условиях, чтобы проявлять находчивость, выдержку, силу духа. Про это имелись недвусмысленные приказы завоевателей-полководцев: «Все трофеи, найденные солдатом в походе, как-то: пленные, скот, вещи — принадлежат только этому солдату, и запрещается его начальнику конфисковать их путем наказания и угрозы солдату».
Особо примечательными свойствами монгольских воинов были также настойчивость в достижении цели, внутренняя дисциплинированность и умение действовать сообща. Взаимная поддержка — вот главное, чем были пронизаны их отношения.
Значение тактики, ее постоянного совершенствования было осознано монгольскими племенными ополчениями еще в ходе степной войны всех против всех. В то время недостаток в живой силе у сторон компенсировался в первую очередь индивидуальным мастерством бойцов и постоянным поиском лучших тактических вариантов. Непобедимость армии Чингисхана заключалась в соединении большого количества умелых бойцов в организационную структуру, с ее жесткой дисциплиной и твердой иерархией, плюс несомненный талант выдающихся полководцев. Все эти составляющие и дали ошеломляющий нас до сих пор эффект непобедимой армии Чингисхана.
Полководцы разрабатывали тактику и стратегию ведения боев. От правильности их выбора в конечном итоге зависел исход сражения, военной кампании. B «Сокровенном сказании» — а это главный исторический источник — есть прямое указание на принятое у монголов разделение фаз сражения на три части: выдвижение, развертывание и собственно бой. Причем все они имеют свои названия, что является уникальным случаем: обычно про тактику монголов мы узнаем или от позднейших авторов, либо от противников монголов, не приводящих монгольской терминологии.
