– Погоди еще минутку, – попросила Скайлар. Она не отрывала взгляда от поблескивавшего в грязи кубика. – Если этот куб – то, что я думаю, то в нем должны храниться все заклинания Совета старейшин.
Сойка нажала крылом на кристаллическую грань, и внутри куба заклубился дым. Скайлар закрыла глаза, и Элдвину показалось, будто она пытается через перья вобрать в себя все знания, скрытые в кубе. Над кристаллом начал вихриться туман.
– Эй, Скайлар, Элдвин, глядите! – позвал Гилберт. – Кажется, я нашел мавпа.
– Погоди, – отозвалась Скайлар. Она совсем погрузилась в себя и крепко зажмурила глаза.
Элдвин посмотрел, куда указывал Гилберт. Прямо перед лягухом на земле ничком лежало полуистлевшее тело гоблина. На спине у него виднелись следы двух громадных клыков, что, кстати, спокойствия Элдвину не прибавило.
Обернувшись к Скайлар, кот увидел, что туманный вихрь принял форму призрачной змеи. Элдвин мгновенно сообразил, что происходит, и заорал:
– Скайлар, уйди! Уйди от него, живо!
Но сойка, похоже, не услышала предупреждения; она словно уснула глубоким сном. А змеиный дух уже изготовился для удара.
– Скайлар! – закричал Гилберт. – Скайлар!
Однако Скайлар по-прежнему сидела на месте. Что ж, выбора у Элдвина не осталось: резким броском он отшвырнул сойку прочь. Шлепнувшись оземь, она пришла в себя.
– Но он даже не успел заговорить со мной, – возмутилась Скайлар. Кажется, она так и не поняла, какая угроза только что над ней нависала.
– По-моему, ему не до разговоров, – громко мяукнул Элдвин.
Наконец-то Скайлар подняла голову и увидела в воздухе растущие змеиные клыки. И фамильяры побежали. Гилберт на бегу запихнул бусы в свой лиловый бутонный рюкзачок. Троица промчалась мимо мертвого мавпа, выскочила из логова гоблинов и кинулась прочь от волшебных артефактов. Змеиный дух, прикрепленный к кубу, последовать за ними не смог.
Фамильяры перевели дух уже возле реки. Светящаяся дорожка снова змеилась вдоль берега, и Элдвин снова возглавил поход.
– Простите, что я такое натворила, – сказала Скайлар. – Знаю, это было очень безрассудно, но я подумала: а вдруг что-нибудь из этого куба поможет нам победить Паксахару…
Элдвин уже достаточно хорошо знал Скайлар. И он мог определить, когда сойка говорит не всю правду. Например, по уклончивому взгляду или по тому, как она переминается с лапки на лапку. Когда сойка пыталась проникнуть в содержимое куба, ее заботила отнюдь не цель похода – в этом Элдвин был почти уверен. Она следовала завету Ноктонати: знание превыше всего. Выходит, Скайлар поставила личное дело на первое место. Однако упрекать ее в этом было бы просто нечестно. И уж кому-кому, но не Элдвину судить Скайлар. Он и сам-то хорош: давно уже нужно было заглянуть в отцовский мешочек, прижатый к черной шерсти у него на груди.
Все, хватит. У него, конечно, есть веские причины не открывать мешочек, но этим причинам пора дать отставку. Все-таки общее дело важнее. С этими мыслями Элдвин потянулся было к своей находке, но внезапно какая-то незримая сила сдернула мешочек с его шеи. Словно невидимая рука ухватила вещицу и утащила ее в неизвестном направлении.
– Эй, вы видели? – крикнул Элдвин. Он все еще озирался в поисках вора.
– Что? – спросил Гилберт.
– Мешочек! Его кто-то стащил!
Элдвину показалось, что он слышал какой-то шорох в траве и будто бы мелькнуло что-то голубое. Но он огляделся – вокруг никого, только лианы знай себе качаются.
– Может, это ревуны-невидимки шастают по джунглям? – предположила Скайлар. – Это такие обезьяны.
Гилберт сжал покрепче свой бутонный рюкзачок:
– Ну уж моих мушек им не видать.
– Элдвин, а я говорила тебе: открой его поскорее, – нудила Скайлар, пока кот обшаривал все вокруг в поисках пропажи.
– Откуда я знал, что его вот так украдут? – огрызнулся Элдвин. Он раздвигал высокую траву и тростник близ воды.
– Будем надеяться, дорога Баксли и Песнь Первых Столпов приведут нас к цели, – вздохнула Скайлар.
Элдвин в последний раз безнадежно осмотрелся и вернулся к пурпурной дорожке. Странное его охватило чувство – ощущение потери. Несколько минут назад у него не было ни малейшего желания заглядывать в мешочек. А теперь он отдал бы все на свете, только бы раскрыть его и посмотреть, что внутри.
– А какая там следующая строфа колыбельной? – спросил Гилберт.
пропела Скайлар. – Нужно смотреть во все глаза и искать след какого-то камня.
– А я беру на себя божью коровку, – ухмыль- нулся Гилберт. – Не думайте, это ради дела. Еда тут ни при чем.
Дыхание джунглей здесь, рядом с рекой, словно изменилось. В этой своей части Эбс становился совсем узким. Течение ползло еле-еле; казалось даже, что вода и вовсе стоит на месте. Легкий ветерок шевелил листву над головой фамильяров. Элдвин вдруг заметил, что некоторые листья летят не вниз, а вверх, будто пытаясь снова сесть на ветки. Небо и солнце тоже вели себя как-то не так: тени появлялись там, где и в помине не было облаков.
