Загадки поля Куликова (др. изд.) полностью

Те, кто продолжают утверждать, что битва была здесь, заставляют конницу доблестно скакать по балкам. Александровский же, чтобы хоть как-то спасит традиционную версию, вынужден отметить, что «это может служить основанием для корректировки масштабов самой битвы» ^{288}. Именно отсюда на самом деле и растут ноги у новой версии господ Гоняного и компании: в сражении участвовали 10–15 тыс. человек. Больше, на самом деле, здесь не разместить. На самом деле и 15 тыс. — тоже. Это явно не поле для боя.

Хочется еще сказать о переправе через Дон, о тех самых Татинских бродах. Обратите внимание: по Дону, и выше, и ниже слияния с Непрядвой, отмечены пойменные леса. К тому же правый берег обеих рек в этом месте высокий, 5–6 метров ^{289}. А левый — низкий. Причем в это время климат был более влажный, так что, вполне вероятно, пойма была мокрой. Так что, получается, Дмитрий повел свои войска на низкий и мокрый берег Дона, чтобы после переправлять их через залитую пойму и заставлять карабкаться на косогор. Ну, очень логичное решение!

Интересно, что руководство Верхне-Донской экспедиции само, судя по всему, понимает: ищут они не там. Не зря же М. П. Гоняный в одном из своих интервью сказал: «Куликово поле примыкает к такой уникальной географической территории, как Муравский шлях. Дело в том, что это степной язык, безлесный, заросший ковылем, достаточно ровный, проходящий в верховьях реки Красивая Меча, Плава, Солова, Упа, Осетр, и достигающий практически современного Зарайска. Этот степной клин был очень удобен конному воинству и тем табунам, которые любого кочевника всегда сопровождали. Коня накормить запасами крестьянских хозяйств, когда в табуне тысячи лошадей, невозможно… И Мамай ничего не выдумывал, он шел проторенной дорогой, которая была известна его предкам» ^{290}.