Загадки поля Куликова полностью

Ас с двумя пушками, так и не выстрелившими ни разу, был брошен у холма. Русские хотели его прикончить, но Адам-Тюряй не дал и взял мастера с его туфангами в Москву. Ас научил балынцев делать пушки, которые они вначале называли по-нашему „туфангами“. А вообще-то, в этом сражении балынцы и артанцы бились необычайно жестоко и не брали никого в плен. Когда Гараф расстрелял все свои стрелы и потерял уже шестого по счету коня, артанские балынцы бека Астея окружили его и изрубили на куски. Потом тот же Астей настиг у Шира Чаллы-Мохаммеда и, когда бек нечаянно упал с лошади, растоптал его. Бек Сабан говорил, что потерял в этом несчастном побоище всего треть воинов, но это он, скорее всего, говорил о своих джурах. Потомки Гарафа рассказывали, что Сабан не потерял, а привел домой всего треть своего отряда. В пользу этого свидетельствует клятва Сабана: либо ему, либо его детям смыть эту обиду»^{105}.

Незнакомых слов и названий тут много, поэтому переведем (опираясь на Бегунова и Нурутдинова). Начинается сообщение с того, что Мамай послал людей обмануть правителя Булгара Азана. Тому сказали, что Арабшах (брат кок-ордынского хана Уруса, главного противника Тохтамыша), упомянутый в русских летописях в рассказе о битве на Пьяне), поддерживает Мамая. И что если булгары не пришлют воинов, то будут разгромлены. Азан послал пять тысяч всадников и две пушки. Кстати, среди воинов Булгара — тысяча рязанцев (?).

Булгарские воины влились в 80-тысячную армию Мамая. Перед битвой они захватили русского воина, одетого священником. Командир булгар хотел допросить его и отпустить, так как священников они не трогали. Но приехал ногайский военачальник и убил пленного. Один из булгарских военачальников (буртас) убил ногайца. Тогда Мамай взял в заложники другого знатного булгарина и отправил булгар в атаку на 60 тысяч русских и 10 тысяч литовских всадников. Те сумели стрельбой из арбалетов расстроить левый фланг русской пехоты (10 тыс.). При этом убили человека в одежде главного русского военачальника. Но потом оказалось, что это один из знатных людей переоделся в одежду своего князя.

Потом атакующие наткнулись на болото и остановились. Мамай решил, что булгары струсили, и отправил полк кочевников (кипчаков или ногаев) подогнать их. Булгары начали с ними сражаться.

В это время левое крыло Мамая, 10 тыс. крымцев и 7 тысяч казаков, через правый фланг русских прорвалось к их центру. Центр они и ногаи тоже сбили. Но в погоне за ним миновали стоящий в засаде конный 20-тысячный полк Адам-Тюряя (будто бы Дмитрия Боброка). Те прятались в лесу за болотом. В лесу этом были подсечены деревья, чтобы создать завал перед противником. Когда главный военачальник русских, увидевший гибель своего левого крыла, бросился бежать, воины засады решили, что это враги и повалили дересья. Но военачальника не убили.

А теперь эти всадники ударили по прорвавшимся левее их расположения мамаевцам. Те бросились бежать, по пути увлекая и дерущихся между собой булгар и ногаев. Русские конники прорвались к холму, где была ставка Мамая. Тот бежал, бросив пушки. Русские забрали их и ученика пушечного мастера, бывшего при них, увезли его с собой, и тот стал учить русских делать пушки.

Русские и литовцы дрались ожесточенно, не беря пленных. Предводитель «литовских русских» Астей (Остей) убил двух булгарских полководцев. Вообще, в Булгар вернулась только треть отряда, хотя его предводитель Сабан говорил, что это потерял он треть.