И тут вдруг позади пары зашуршали листья и послышались быстрые отдаляющиеся шаги. Ева обернулась и увидела Алекса. Он возвращался из библиотеки с несколькими книгами в руках.
— Алекс! — Ева подскочила и бросилась за другом, который и не думал останавливаться даже на миг. Он хотел убежать как можно дальше от озера и развернувшейся там любовной сцены. Если он не исчезнет, то от его сердца останутся лишь рваные куски.
— Да постой ты! — снова крикнула Ева и побежала быстрее. О брошенном на лавочке Томасе она сейчас совершенно не думала.
Наконец Ева нагнала друга и схватила его за руку. Книги упали на землю.
— Алекс, ничего не было. Слышишь? Ничего. Я не собиралась с ним целоваться, — Ева истерично оправдывалась, будто муж застал ее за изменой. А ведь это было даже забавно, потому что они с Алексом до сих пор не признались друг другу в чувствах, хотя для обоих всё было слишком очевидно.
Алекс тоже понял, в какой глупой ситуации они оказались, и поспешил ответить:
— Всё нормально, правда. У меня нет никаких оснований мешать твоему счастью, — он поднял книги, но те снова вывалились из трясущихся рук.
Ева опустилась вместе с Алексом на землю и подняла учебник по истории.
— Алекс, ты же знаешь… — Ева боялась завершить фразу. До сих пор боялась. Словно, как только признание прозвучит, всё, что было между ними, рухнет. Если уже не рухнуло.
К ним подбежал Томас. Он не мог понять, что случилось, и вопросительно смотрел на обоих. Алекс сжал зубы. Ещё секунда рядом с этим парнем — и Алекс взорвется от разрывающих его чувств. Он хотел наброситься на Томаса и избить его до смерти, но знал, что это всего лишь его жалкие мечты. Он трус, который не способен ни на драку, ни на войну.
Ева пыталась удержать друга, но Алекс вырвался из ее объятий и побежал скорее в дом, где собирался утонуть в море жалости к собственной персоне.
— Что это с ним? — Томас смотрел вслед сгорбленному Алексу.
Но Ева ничего не ответила. Она оказалась ровно по середине между двумя огнями, и нужно было решить, на чей свет идти.
Неделя прошла для «Загадки» довольно странно, они все словно резко отдалились друг от друга и проводили время как угодно, но не вместе. Алекс не общался с Евой, Роза избегали Роби, а Ник по-прежнему проводил большую часть времени с Люси. Так могло продолжаться и дальше, пока в один день миссис Труф не объявила приближение дня открытых дверей. Раз в год Темпус приглашал к себе в гости будущих учеников и их родителей, для которых организовывали экскурсии по пансиону, рассказывали о программе обучения, знакомили с учителями, а в конце устраивали концерт. Многие из учеников школы показывали свои таланты на сцене, но только при условии, что им поставят хорошую оценку по одному из предметов. Обычно большинство выбирали физику.
Именно предстоящее мероприятие собрало «Загадку» на любимых диванах в холле, даже Ник пришел на эту встречу. Сначала все чувствовали дискомфорт, глядя друг на друга после долгих дней тишины, но благодаря Розе беседа начала захватывать каждого.
— Наверно, я как обычно сыграю на гитаре и спою что-нибудь. Если Роби, конечно, одолжит гитару, — Роза мельком взглянула на парня и поспешила отвести взгляд. — А ты, Ева? Прочитаешь стихотворение?
Все знали, что Ева с детства пишет, но она так этого стеснялась, что только один раз «Загадке» удалось заставить Еву показать им какое-нибудь стихотворение. Это было настоящим произведением искусства, каждый почувствовал его глубину, но Ева не верила восхищённым отзывам и продолжала прятать написанное.
Когда Роза предложила прочитать стихотворение на сцене, Ева решила, что это шутка.
— Давай! Неужели не хочешь подправить оценки по какому-нибудь предмету?
— Меня всё устраивает, — отмахнулась Ева.
— А вы? — Роза смотрела на Луизу и Ника, которые от неожиданности вопроса даже не знали, что им думать. — В том году ваш дуэт признали лучшим.
На прошлом концерте Луиза играла на пианино, а Ник — на скрипке, и их музыка растопила сердца даже самых чёрствых людей. Но тогда они были близки, сейчас же…
— Я бы выступил. У меня сейчас какая-то дичь творится с биологией, — Ник повернулся к Луизе. — Что скажешь? Повторим?
Луиза уставилась на Ника, не веря его словам. Он действительно этого хочет?
— Ладно. Мне надо улучшить физику.
— Свой человек! — засмеялась Роза, у которой были точно такие же планы.
В первый год в Темпусе ещё выступал Роби, его игра на гитаре сводила с ума многих. Но сейчас он считал, что таланты не меняют на оценки, поэтому гордо отказывался от участия в концерте.
Один Алекс не мог похвастаться никакими талантами. Он, как и Ева, любил писать, но только прозу, а не поэзию, но с таким даром на сцену не выйдешь.
Когда концерт обсудили, все резко замолчали, будто им не о чем было больше говорить. А ведь Тикет с ее жестокостью и опытами никуда не исчезла… Просто «Загадке» нужно было вернуть свое единство, и они пока не знали, как это сделать.
***
