Брови Софи сошлись на переносице. Они казались намного темнее волос. Может быть, она красит волосы? Хотя нет, решил Габриэль. Она не из тех особ, которые прибегают к различным ухищрениям, дабы очаровать мужчин. Видя, что тетушка больше расположена к разговору, чем сама Софи, он приподнял шляпу и обратился именно к ней, надеясь, что здесь ему повезет больше:
– У вас затруднения, мэм? Я могу вам помочь?
– О! О Боже! Я…
– Нет, спасибо, – отрезала Софи, прервав несвязную речь тети Джунипер, и, горделиво фыркнув, опять обернулась к кассиру, который чуть не проглотил свою зубочистку: – Скажите, у вас есть какие-то правила насчет провоза домашних животных?
– Э… – Кассир почесал подбородок и опять передвинул зубочистку. – Домашних животных, мэм?
– Да, – сказала Софи, взглянув на парня так, словно перед ней сидел непроходимый тупица. – Домашних животных.
Габриэль услышал тихое посапывание, доносившееся из плетеной корзины. Его интерес к этой странной паре утроился.
Джунипер опять схватила племянницу за рукав и прошептала:
– Софи!
Впрочем, результат остался прежним: Софи даже бровью не повела, в упор не замечая свою тетушку. Между тем у тети Джунипер был такой вид, будто она готова провалиться сквозь грязные половицы.
Габриэль заговорщицки подмигнул старой даме, и та покраснела. Другой мужчина на его месте с удовольствием воспринял бы такую реакцию, но Габриэль был закоренелым циником. Вот уже двадцать лет женщины краснели в его присутствии, но это ровным счетом ничего не значило для него.
– Наверное, у этой леди есть животное, которое она хочет взять с собой в поезд, Генри. Какой-нибудь щенок или котенок, – пытаясь очаровать Софи, произнес Габриэль с безупречным виргинским акцентом.
Она окинула его таким взглядом, словно он был лягушкой, случайно запрыгнувшей в ее суп. Габриэль с радостью отметил, что у этой птички непростой характер. Его поездка в Тусон обещала быть нескучной.
– О, – произнес Генри, не вынимая изо рта зубочистки. – У вас есть котенок, мэм? – Губы кассира расползлись в усмешке, обнажив зубы типичного жителя фронтира[1] – кривые, редкие и пожелтевшие от табака.
– Котенок? – брезгливо поморщилась Софи.
Тетя Джунипер, уставшая от своих попыток образумить Софи, – которые по своему воздействию равнялись попыткам повернуть вспять океаническое течение, – явно смутилась.
– Тибальт? – позвала она и загадочно повторила: – Тибальт?
Габриэль не имел понятия, о чем говорит тетя Джунипер, но ему показалось, что у бедной старушки не все дома.
Софи молча полезла в большую белую корзину и достала оттуда невероятно уродливую собачонку. Кассир за стойкой тихо чертыхнулся и отпрянул, словно боясь, что эта псина на него набросится. Габриэль с удивлением увидел существо, похожее на маленького поросенка, с черной мордочкой и дважды закрученным хвостиком, мирно покоившимся на задней ляжке. Существо сонно взирало на Софи.
– Это не котенок, – мрачно изрекла Софи. – Это мой любимец Тибальт, китайский мопс. – Она потерлась носом о сопливый пятачок Тибальта и промурлыкала: – Милая, милая собачка!
Габриэль почувствовал укол в сердце. Странно! До этого момента он даже не представлял, где у него находится этот орган.
Генри выглядел все таким же испуганным.
– Этот зверь – собака, мэм?
Софи обдала его ледяным взглядом. Габриэль подумал, что пора вмешаться и спасти беднягу кассира, который просто не пережил бы дальнейшего разговора с Софи.
Подойдя к стойке, он лучезарно улыбнулся Софи, которая еще больше нахмурилась, и обратился к работнику вокзала:
– Да, Генри, это собака. Весьма необычная. Дамы хотят взять ее с собой в Тусон.
В глазах кассира блеснул лукавый огонек.
– Насколько я знаю, – заявил он, потирая подбородок, – никаких дополнений относительно собак к правилам перевозки животных в Тусон не существует.
Габриэль ожидал такого ответа от флегматичного корыстолюбивого Генри.
– Мне кажется, что животное мисс… – Он вскинул бровь, вопросительно глядя на Софи. Но она сердито посмотрела на него и прижала к груди свою уродливую псину. Габриэль понял: эта женщина скажет свою фамилию разве что под пыткой.
Не удивившись этому обстоятельству, Габриэль перевел взгляд на тетушку Джунипер, которая опять покраснела, и прошептал ей на ушко:
– Как зовут вашу племянницу, мэм?
Тетя Джунипер вздрогнула.
– О! – простонала она.
Габриэль продолжал лучезарно улыбаться. Джунипер издала еще одно восклицание и прижала руку к груди. Он безнадежно вздохнул.
– Меня зовут Софи Мадригал, – объявила блондинка. Габриэль опять улыбнулся, но его улыбка разбилась о каменное лицо его будущей попутчицы. Зато он явно понравился Тибальту: пес радостно завилял хвостом.
– Мелодичное имя, – пробормотал Габриэль.
