Ни на веранде, ни в саду не было никого, кто мог бы отозвать собаку и таким образом помочь сыщику. Строение выделявшееся своими контурами на ясном небе, имело вид какой-то заброшенной постройки. Хотя ставни были не заколочены и на окнах висели шторы, в доме, однако, не слышалось ни голосов, ни какого-либо движения.
Как только Картер сделал шаг вперед, дог оскалил зубы и поднял дыбом шерсть.
— Замечательная собака, — проворчал Ник, покачивая головой. — Каким образом грабитель при наличии такого сторожа пробрался в дом, для меня совершенно непонятно. Здесь, как видно, живут не только особенные люди, но и особенные звери. Но, однако, что же я в конце концов затею с этим псом? Мне надоело это стояние на одном месте. Что, если я суну ему под нос револьвер? Большинство животных не выносит этого.
Сыщик опустил руку в карман и в тот же момент почувствовал под пальцами какой-то небольшой предмет, завернутый в атласную бумажку.
— Вот тебе на, — изумленно прошептал он, — как это я мог забыть об этой штучке? Теперь я понимаю, почему от меня вчера весь день так приятно пахло мускусом, что я готов был сам себя вывесить за окошко проветриться. Может быть, это указание свыше. Во всяком случае, я испытываю действие этой бомбошки.
С этими словами Картер начал развертывать бумажку, в то же время произнося следующую речь по адресу собаки:
— Ну, ты, как тебя, Плутон, Каро, Неро, Цезарь. Ты умный пес и должен понимать с кем имеешь дело. Нечего на меня скалить зубы, я человек скромный. Ты бы лучше вот покусал грабителей, а ты их прозевал. Это, братец мой, не делает тебе чести. А, впрочем, лови.
Собака, уже почувствовавшая запах мускуса, моментально успокоилась, замахав хвостом, она глазами нацелились на летящий в воздухе леденец, на лету поймала его, проглотила и покорно улеглась у ног Картера. Нечего делать, сыщику пришлось гладить животное, тогда как с гораздо большим удовольствием он ударил бы его ногой.
— Интересно знать, даст ли она мне теперь возможность пройти? Вообще, очень странно, что собака так жадно набросилась на мускусную конфетку. Или и здесь хозяйничала итальянская маркиза?
Ник Картер смело шагнул вперед и, к своему удивлению, увидел, что дог не оказал никакого сопротивления. Он пропустил Ника вперед и поплелся за ним, как бы признавая его своим господином. В тот самый момент, когда Картер вступил на веранду, стеклянная дверь открылась и на пороге показалась очаровательно прекрасная женщина. По первому взгляду нельзя было даже узнать, девушка это или молодая дама.
Перед Ником Картером стояла ослепительная красавица, способная вскружить голову любому, менее твердому характером, чем сыщик, мужчине: стройная, но не слишком худощавая, с головкой античной статуи и с лицом Мадонны. Как красивы были эти шелковистые, блестящие волосы, этот классический нос и пурпурные губки! Но главную красоту лица составляли глубокие черные глаза, осененные длинными ресницами. Сейчас эти глаза выражали такую холодность и неприступность, что сыщик невольно сделал шаг назад.
Прежде чем он успел раскрыть рот, красавица окинула его презрительным взглядом и строго произнесла:
— Что вам здесь нужно?
— Я служащий акционерного общества «Гибель воров» и прислан осмотреть аппарат, находящийся в вашем доме; нас уведомили, что ваша вилла ограблена сегодняшней ночью.
— Вы напрасно прогулялись сюда, — спокойно возразила красавица. — Аппарат действует превосходно. Если бы он был испорчен, мы сами известили бы вас об этом.
— Прошу извинения, — вежливо поклонился Ник. — Я имею честь говорить с хозяйкой дома?
— Нет, — послышался сухой ответ. — Если, впрочем, это вас интересует, я компаньонка хозяйки, Кора Дюмон.
— Будьте добры доложить обо мне.
— Это совершенно лишнее.
Ник Картер должен был сознаться, что он никогда еще не видел подобной красавицы.
Несмотря, однако, на это, Кора произвела на него очень неприятное впечатление.
Как только взгляд его упал на Дюмон, в нем заговорило то, что он называл «шестым чувством», которое никогда его не обманывало. Это неприятное впечатление усиливалось запахом мускуса, исходившим от Коры и бившим по нервам Картера.
В то время, когда компаньонка мисс Сундерлин объясняла ему, что аппарат вполне в порядке и что они не желают, чтобы их беспокоили, мысли сыщика лихорадочно работали. Запах мускуса невольно напоминал ему маркизу Джиолитта. Он только что слышал, что маркиза любила запах мускуса, обыкновенно презираемый даже средним кругом, не говоря уже об аристократическом обществе. От его внимания не ускользнуло, что Кора, сунув руку в карман, вынула оттуда карамельку, очень похожую на ту, которую сыщик нашел около погреба виллы Армульда и бросила ее собаке. Собака с довольным видом проглотила лакомство и улеглась на полу в некотором расстоянии от красавицы.
— Мне очень неприятно, мисс, но я должен исполнить данное мне поручение, — твердо произнес Картер.
Он решил во что бы то ни стало покороче познакомиться с прекрасной компаньонкой, которая, подобно маркизе Джиолитта, любила запах мускуса и имела привычку кормить собак карамельками.
