Загадочный мужчина полностью

— Да, теперь ты хочешь кое-что для меня сделать. Все эти годы, ты обращалась со мной, как с куском дерьма. А как только расстреляли твой дом к чертям собачим, ты проснулась. С чего бы это?

— Все эти годы я не обращалась с тобой как с куском дерьма, — отрицала я, потому что это была, черт возьми, правда.

— Нет, а мне кажется, что именно так и было, — в ее голосе послышалось еще больше сарказма.

Может я схожу с ума?

— Именно так?! — повторила я. — Что с тобой происходит, но если у тебя есть время, чтобы все выяснить, то я сделаю это. Давай вспомним, это не я подстригла волосы у твоей Барби. Это не я крала у тебя барахло, чтобы купить наркотики. Это не я засунула руку в штаны моего парня. И это не я трахалась с твоим мужем.

— Я знала, что ты, в конце концов, бросишь мне все это в лицо, — возразила она.

Она что серьезно?

— Ты трахалась с моим мужем! — закричала я.

— Да, Гвен, а потом ты дала под зад этому мудаку. Тебе перво-наперво, если уж на то пошло, вообще никогда не следовала вступать с этим чмо в брак. А теперь ты живешь с Хоком, бл*дь Дельгадо, из всех бл*дь людей, ты должна благодарить меня за это и целовать мои чертовы ноги.

Этот момент явно заслуживал особого внимания.

— Я поняла, что ты сделала это специально для меня, — тихо сказала я.

— Кто-то должен был разбудить твое дерьмо.

Ой. Мой. Бог.

Была ли у меня вообще сестринская любовь к Джинжер, которую я должна была чувствовать? Я не могу сказать, поскольку не чувствовала ее и не почувствую, видно, вечность.

— Джинджер, дорогая, пожалуйста, послушай меня.

— Нет. Я не знаю, что Конан говорил тебе, но ты не представляешь, что происходит со мной. Однако, я знаю, что у милой Гвенни нет возможности помочь мне разобраться с этим дерьмом. Ни у кого нет такой возможности. Даже у твоего Конана. Я одна и мне пох*й. Я всегда была одна.

— Может, если ты согласишься принять небольшую помощь…

— Х*й тебе, Гвен. Ты не хочешь мне помогать. Ты заботишься о себе, хочешь, чтобы перестали обстреливать твой дом, вот и все.

— Да, хочу. Конечно, хочу, — согласилась я. — Но я также не хочу, чтобы моя сестра скрывалась от плохих парней и разбиралась во всем в одиночку, возможно, я смогу помочь.

— С этим ты мне не поможешь.

— Джинджер…

— Них*я не названивай мне, Гвен. Никогда. Понятно?

И установилась полная тишина на том конце провода.

Я перевернула свой телефон и прошептала:

— Вот черт!

Но он мгновенно зазвонил, и я перевернула его обратно, к себе экраном, думая, что это Джинджер, приложила к уху.

— Джинджер?

— Нет, — услышала я, — Трой.

Ой, вот черт.

— Трой, — спокойно произнесла я.

— Да, помнишь меня?

Ой-ой-ой.

— Трой, я…

— В твой дом стреляли. Я звонил четыре раза, но ты не перезвонила. Трейси сказала, что с тобой все в порядке. Ты звонишь стоит забиться твоей ванной или сломаться крану, а когда я звоню тебе, беспокоясь, ты не перезваниваешь. Я слышал, что твоя гостиная разрушена в хлам?

— Тут был полный дурдом.

— Гвен, твой дом расстреляли из мимо проезжающей машины, — ввернул он. — Я понимаю, что от этого можно немного свихнуться, даже много, но разве ты не могла позвонить своему другу и сказать, что с тобой все в порядке?

— Мама вчера приходила, — сообщила я ему. — Я была немного не в себе.

— Я вижу Мередит…, — психанул он.

— Нет, Трой, не Мередит, мама.

Наступила тишина.

Я сделала глубокий вдох.

— Я сожалею, что Хок так грубо с тобой обошелся. Он... эм... ну... неважно. Он — это он. Не знаю, что еще сказать…

— Ты не знаешь, что мне сказать, потому что скрывала свои отношения с ним от меня целых полтора года. И я как болван, пока ты веселилась с Рэмбо в городе, ремонтировал все на твоей кухне и дома все это время.

— Это было не так, — заявила я, и это было, действительно, не так. Но я не собиралась ему рассказывать, чем конкретно мы занимались все полтора года.

— Черт побери. Это было именно так. Думаю, я заслуживаю объяснений, почему ты играла со мной, Гвен.

Ладно, у меня опять едет крыша.

— На самом деле, Трой, это не твое дело. Я не играла с тобой, и ты не болван. Ты мой друг. Когда что-то случается или происходит не так, всегда обращаешься к друзьям.

— Да, с этим как раз у тебя проблем нет.

— И у тебя тоже, — выстрелила я в ответ. — Не я тебя звонила, когда у тебя начался тот ужасный грипп, а ты, и я повезла тебя к врачу, а потом отвезла тебя домой, проследив, чтобы ты принял лекарство, положив салфетки и вымыв тазик с блевотиной. И внимание, Трой, мне не нравится блевотина, во всех ее видах. Мне не нравится, потому что она напоминает мне ужасную кричащую оранжевую помаду, другими словами, которую я всеми силами избегаю. Но я сделала это ради тебя.

— Гвен…

— И не я просила, когда ты захотел произвести впечатление на девушку, и я пришла и приготовила тебе три блюда для вашего романтического вечера, чтобы ты смог произвести на нее впечатление и сказать, что это сделал ты, когда привел ее к себе домой.

— Я…

Я прервала его, выпустив тяжелую артиллерию.