С выходом на перевал движение ускорилось. Не доходя до объекта примерно ста метров, мы остановились, и стали наблюдать, но никакого оживления не заметили. Угольно – черные, не дающие почему-то бликов на солнце стены и башни монастыря, вызывали зловещие ассоциации. Медленно, соблюдая осторожность, подошли к воротам, но и тогда, ни кто не вышел нам на встречу. Не было слышно даже лая собак, хотя мне казалось, что до подхода экспедиции к стенам монастыря, я отчетливо его слышал. Я сказал об этом Проводнику, и он это подтвердил. Проводник выглядел встревоженным и растерянным, что-то было не так, не так, как при его прежнем визите в этот монастырь. Еще более испуганным выглядел его Помощник, он буквально дрожал от страха и постоянно что-то бормотал. Инструктор подошел к узким воротам, они оказались не запертыми, и мы вошли всем отрядом внутрь крохотного дворика монастыря. Прошли немного вглубь и остановились перед входом в здание. Несколько минут стояли, ожидая, что появятся монахи, но никто не вышел из здания, врезанного в монолит скалы. Я чувствовал, что ни Проводнику, ни кому-либо из нас, включая и меня, очень не хотелось входить внутрь зловещего сооружения. Так мы простояли минут десять, кто с тоской, кто, с испугом рассматривая мрачные стены монастыря, и вскоре принизывающий ледяной ветер сделал свое дело, мы стали замерзать. Проводник и его Помощник совсем потеряли уверенность, и были близки к панике. Проводник даже сделал маленький шажок назад. Поближе к воротам. Надо было что-то делать, пока нерешительность окончательно не овладела и мной. Я, решился, надавил на дверь, она легко и бесшумно распахнулась. Изнутри повеяло холодом, это не образное выражение, нет, парализующий волю холод шел из узких, пробитых в глубине скалы галерей. Я тронул Проводника за руку, он пришел в себя, обречено вздохнул и вошел в темноту помещения. Тревожное состояние усилилось. По лицам остальных членов группы я понял, что и они ощущают то же самое. Безотчетный страх нарастал с каждым шагом. Тут я вспомнил о приборе и незаметно его включил, мне сразу стало легче. Очень медленно, с огромным трудом, мы прошли короткой галереей и, повернув под прямым углом, оказались в круглом зале метров пятнадцати в диаметре, высеченном в монолите скалы. По периметру зала стояли зажженные масляные светильники, вырубленные из черного камня, и опять ни души!
Здесь было значительно теплее. Я огляделся. Из зала вглубь скалы вело два туннеля. Я повернулся, ища Проводника, так как только он был здесь, и то единственный раз, но он остановился перед входом в зал и не решился проследовать за нами. Шепотом я приказал Охраннику взять его под контроль и не спускать глаз. Сейчас от этого человека зависел исход экспедиции, а возможно и наша жизнь. Охранник подвел Проводника ко мне, жестом я подозвал остальных, и когда все собрались, разделил людей на две группы: в первую вошел я, Специалист, Охранник, Проводник; во вторую Инструктор, Оператор, и Помощник Проводника. Начальником второй группы я назначил Инструктора. Задачи каждой группы были поставлены еще в начале экспедиции, но после бегства носильщиков из местного населения, состав групп пришлось уточнять на месте. Помня о времени работы прибора, на проведение завершающего этапа операции я отводил тридцать минут. Обе группы по выполнении поставленных задач должны встретиться в этом зале. Еще через тридцать минут по истечению контрольного срока, независимо от результатов, вышедшие из недр монастыря люди должны покинуть его территорию и начать спуск в долину. Я повторил, опять-таки шепотом, план действий и приказал начать движение. С нескрываемой неохотой люди заняли свои места в группах.
