На этом их способность поддерживать разговор иссякла, и они замолчали, взглядами говоря то, что не могли произнести уста. Пришлось мне самому озвучить, что подо всем этим подразумевалось:
– Говорят, тут по соседству есть хорошая медовуха, – не то чтобы спросил, скорее, констатировал я.
Мужики радостно закивали.
– Есть, родимый, да такая хорошая, что и не описать! – горячо подтвердил Фома. – И вкусна, и хмельна, такой больше по всей Москве не сыщешь!
– Если что, так я сбегаю, мне не в труд! – радостно воскликнул второй. – Как хорошего человека не уважить!
Начало знакомству было положено, остальное уже неинтересные детали. Пожалуй, стоит отметить только то, что бегать за медовухой услужливому Илье пришлось не один и не два раза. Застолье, как водится, возникло как-то само собой, постепенно приобрело широкие масштабы, и все завершилось тем, что мне пришлось остаться здесь ночевать.
Утром я проснулся на голой скамье в обнимку с каким-то дедом. Голова трещала, глаза еле открывались, а спящий дед лез в лицо прокисшей бородой. Я отстранился от духовитого соседа, сел и осмотрелся. Вся изба была устлана жертвами вчерашнего загула. На полу и лавках вповалку спали люди вне различия возраста и пола.
Пришлось буквально по телам пробираться к выходу на свежий воздух. Оказавшись наружи, я глубоко вдохнул утреннюю прохладу, протер глаза и оказался лицом к лицу с незнакомой женщиной. Она явно не участвовала в нашем вчерашнем празднике. Во всяком случае, ее вид не говорил ни о каких ночных злоупотреблениях.
Мы молча стояли, рассматривая друг друга. Я попытался приободриться, чтобы не выглядеть совсем уж непристойно, потом сложил сухие непослушные губы в улыбку и поздоровался.
– Ты кто такой? – не ответив на приветствие, строго спросила она. – Откуда здесь взялся?
Незнакомка была полна станом, кругла лицом и по-своему миловидна. Правда меня этим утром женская привлекательность волновала меньше, чем огуречный рассол.
Мозги медленно со скрипом заработали, но не придумали ничего умнее, чем примитивно соврать:
– Был в гостях у кума, – туманно ответил я, – припозднился, пришлось остаться переночевать.
Женщина кивнула головой, а я подумал, что хорошо, что она не спросила у меня имя мифического кума. Однако наш разговор на этом не закончился.
– Сам кто будешь? – уже не так агрессивно поинтересовалась незнакомка.
Я еще не совсем пришел в себя и думал больше о том, как бы выпить чего-нибудь кисленького, а не о надоедливых тетках, потому брякнул то, что засело в голове со вчерашнего дня:
– Гадатель и хиромант.
– Кто! – воскликнула она, скорее всего, не совсем правильно расслышав или поняв слово. – Что ты сказал!
– Гадатель, – повторил я, – что-то вроде волхва, могу предсказывать будущее.
– Ты что, колдун?!
– Нет, колдовство это грех, а я гадаю по-православному.
В ее лице появился неподдельный интерес.
– А на что гадаешь?
– Что значит на что? – не понял я вопрос.
– На воду, огонь, на просо, – удивляясь такой непонятливости, объяснила она.
– Еще чего не хватает, – стараясь, что бы голос звучал пренебрежительно, ответил я. – На такое только деревенские бабки гадают, а я гадаю на импортных рафлях.
Я не понял, знает ли она что это такое, но интерес у нее ко мне не иссяк. Она тут же попросила:
– А мне погадаешь?
– Почему не погадать, – ответил я, не в силах даже обрадоваться удаче, так неожиданно найти клиентку в нужном месте.
– Сейчас можешь?
– Да ты что, милая, кто же на рафлях просто так гадает. Для этого нужно время икс. Это не просто гадание, а сплошная казуистика, для этого нужно, чтобы планеты правильно выстроились и сошлись с зодиакальными созвездиями, и знак воды сошелся со знаком огня. – Непонятных слов я наболтал достаточно, чтобы вызвать к себе, как к специалисту, уважение.
Любительница предсказаний ошалело на меня посмотрела и робко спросила:
– А когда сможешь?
– Через два дня, когда Козерог окажется в созвездии Овна.
– А правда погадаешь, не обманешь? – заискивающе спросила женщина.
– Святой истинный крест! – поклялся я.
В этот момент на близкой колокольне ударили к заутрене. Женщина вздрогнула и принялась торопливо осенять себя крестными знамениями.
– Теперь сама видишь, какая у меня сила! – веско объявил я. – Жди, приду еще до первой звезды!
Она низко поклонилась, повернулась и торопливо пошла к ближнему терему. Я смотрел ей вслед, пока меня не отвлек один из вчерашних бражников. Он, как несколько минут назад я, стоял с открытым ртом, торопясь надышаться утренней прохладой.
– Это кто такая? – спросил я.
– Хозяйка, Вера Аникиевна, – равнодушно ответил он. – Пойдем, может, выпросим в трапезной рассола. И зачем мы вчера столько выпили!
Мысль была правильная, но несвоевременная. Об этом нужно было думать не сегодня утром, а вчера вечером.
