Но куда в большем смятении находилась Виста. Если витязь был среди своих, и мог рассчитывать на какое-то снисхождение, то она находилась в полностью враждебном окружении, так что рассчитывать на пощаду не приходилось. И хотя волхв вырвал ее из лап смерти, это не значило, что ее не могут теперь бросить в пыточный подвал. Скорее наоборот, ибо какой смысл истязать еле живого и малочувствительного к боли человека? Вот если сначала подлечить, обнадежить, а потом кинуть в подвал, вот тогда-то и начнется настоящая пытка…
Белоян оглядел их с головы до пят, недовольно рыкнул что-то.
— Что-что? — переспросил Мстислав.
— Ничего… Вид у вас, ребята, не очень. Надо бы вам отдохнуть, подлечиться, но времени у нас совсем нет. Вам надо спешить. Как я уже сказал, ваша каша — вам ее и хлебать… Итак, вы немедля отправляетесь на поиски князя! А для этого вам придется отыскать ведьмака. Надеюсь, Мстислав, ты хорошо помнишь, где нужно его искать?
— Мы найдем его, где бы он не прятался! — горячо пообещал витязь, преданно заглядывая Белояну в лицо, или точнее, в морду. Его сердце учащенно забилось, радуясь вновь оказанному доверию и готовое на любой подвиг во имя спасения великого князя.
— Другими словами, ты не помнишь… — задумчиво произнес волхв.
— Я найду его, волхв! — прорычал витязь. — Я вытащу его даже из преисподней!
— Из преисподней, говоришь? — переспросил волхв. — Как ни странно, но я верю тебе… Только помни — у нас нет времени. Князь должен быть в порядке не позднее, чем через неделю! Да, вот еще что. Когда ты настигнешь ведьмака, не торопись вступать в бой. Я дам амулет, при помощи которого тебе надо будет вызвать меня…
Но чем больше волхв вглядывался в честные искренние глаза витязя, тем больше понимал, что говорит зря. Мстислав никогда не поступит так, как надо, то есть по уму. Даже если будет очень сильно хотеть этого. Уж слишком отчетливо в его глазах проступали следы боевого безумия. Белоян сокрушенно вздохнул.
— Ты хорошо понял меня, Мстислав? Ты должен вызвать меня! — волхв еще продолжал говорить, но с таким же результатом можно было говорить со стеной.
— Да понял я! Что я — тупой! — огрызнулся Мстислав, пряча глаза.
— Вот баран упрямый! — Белоян развернулся к девушке и протянул амулет. — Держи, отдаю это тебе! Вызывать меня будешь ты, на этого надежды никакой!..
— Белоян! — начал закипать Мстислав, но Белоян оборвал его.
— Мстислав, я вижу тебя насквозь! Ты думаешь, обзавелся Лунным мечом и тебе море по колено? Ведьмака соплей перешибить хочешь? Так ведь?
Мстислав опять спрятал глаза.
— Ты даже в глаза мне не смотришь, сукин сын!
Витязь вскинул голову, но, не выдержав горящего взгляда волхва, вновь отвернулся.
— Тьфу! И зарубите на своих носах — на Руси нужен князь, а не эта бездушная кукла!
Все дружно оглянулись в угол горницы, где лежал тот, кто еще недавно назывался великим князем. Теперь это был дурачок, животное, с вечно текущими изо рта слюнями и бессмысленными бегающими глазами. Чтобы челядь ни о чем не проведала, Белоян оповестил всех о серьезной болезни Владимира и погрузил его в глубокий сон. Пока в тереме приходили в себя после разгрома, устроенного василиском, на болезнь князя мало обращали внимание. Однако князь не мог спать вечно, а такая вещь, как слабоумие, рано или поздно откроется. И скоро, очень скоро по Киеву поползут самые невероятные слухи, и тогда… Что будет тогда — не хотелось даже предполагать.
— В ваших руках судьба всей страны!
— Да поняли мы… — Мстислав переминался с ноги на ногу, взгляд то и дело тянулся к выходу.
Волчий Хвост, до этого хмуро наблюдавший за их беседой, поднялся из-за стола и хлопнул витязя по плечу.
— Что-то я не вижу на твоем лице, сынок, никакого понимания. Белоян, наверное, плохо объясняет… Я объясню лучше! Мстислав, слушай меня внимательно, я человек простой, можно даже сказать, очень простой, поэтому буду говорить по-доброму, коротко и сильно… Или ты, парень, отыщешь этого урода ведьмака и вернешь нам князя, или я сгною тебя в подвале как преступника и пособника этой вражеской лазутчицы!
Толстый палец воеводы уткнулся в сторону Висты.
— Ты хорошо меня понял, Мстислав? — угрожающим голосом спросил воевода.
— Ладно, Волчище, хватит парня запугивать, — подал голос Белоян.
— Запугивать? Ты думаешь, эту наглую морду можно запугать? — воевода с сомнением окинул взглядом Мстислава. — Этот бугай боится только одного — как бы эта… эта… грязная шпионка и убийца от него не сбежала! Но ты не боись, Мстислав, не сбежит. Ни она, ни ты… Уж я вас везде найду! И обещаю, что на дыбе будете болтаться рядышком…
— Ну, хватит уже твоих добрых напутствий, — прервал его волхв. — Виста, отойдем-ка с тобой в сторонку, на пару слов…
