Грундо тоже их увидел. Он то и дело оглядывался в сторону изгороди.
Наконец Лондон сказал голосом далекого городского шума, как будто он был в задумчивости:
— Я не против того, чтобы впустить людей. Когда это я препятствовал людям войти? Думаю, они могут сесть на автобус или на такси.
— У нас денег нет! — с тревогой возразил Грундо. — Мы все истратили еще вчера!
Думаю, Лондон его даже не услышал. Хор его голосов продолжал:
— Или они могут дойти пешком.
Древний Сарум с искаженным лицом взглянул на изгороди и тени на дороге и выпятил нижнюю губу.
— Что до этого, ваша честь, я не уверен, что они будут в безопасности. А мне было велено оберегать их, не сочтите уж за дерзость.
— Я никому не гарантирую ни безопасности, ни богатства, — ответил Лондон.
— Ну да, и улицы у вас вовсе не вымощены золотом! — ответил Древний Сарум. — Знаю, знаю. Одни богатеют и весело проводят время, а другие вынуждены ночевать на крыльце и встречаться с грабителями, но вы тут совершенно ни при чем. К вам это никакого отношения не имеет. Но мы ведь сейчас не об этом, ваша честь. Мы говорили о том, чтобы я довез их до вполне конкретного крыльца, как мне велела миссис Кендейс. Неужели я прошу слишком многого?
Наступила долгая пауза. Лондон, казалось, прислушивался к чему-то происходящему вдали — быть может, к завыванию пожарной машины или «скорой». Мы отчетливо услышали что-то похожее, а вслед за этим начали бить часы. Мы ждали. Потом наконец его огромная фигура немного выпрямилась. В его хоровом голосе звучала усмешка.
— Я тоже подчинялся приказу, — сказал он нам. — Даже я, Лондон. Похоже, это время потребовалось для того, чтобы преодолеть некие магические заслоны. Эти чары были непреодолимы, пока длилось их действие, но теперь я могу пропустить вас. Садитесь в машину и езжайте куда хотите.
Он поднял огромный блестящий ботинок и шагнул через ближайший ряд домов на соседнюю улицу. Прежде чем поднять вторую ногу, он остановился над домами и раскатисто захохотал.
— Ну разумеется, я буду с вами всю дорогу!
И он сдержал обещание. Мы поспешно сели обратно в машину, и Древний Сарум повез нас через город. И каждый раз, как я выглядывала на улицу через открытую половинку окна, я видела огромную темную фигуру Лондона, бредущего среди домов вслед за нами.
Казалось, на то чтобы добраться до дедушкиного дома, ушла целая вечность. Я понимала, что если Сибилла способна повелеть Лондону задержать нас, пока дедушка Гвин выполнял ее приказы, значит, она сделалась чудовищно могущественной и об этом непременно надо рассказать дедушке.
Но мне и в голову не могло прийти, что она наделала. Древний Сарум наконец остановился у дома с тонким взвизгом тормозов, и я выскочила и бросилась к двери. Пока я колотила в дверь молоточком, я слышала, как Древний Сарум бурчит, обращаясь к Грундо:
— Ну конечно, я это сделал не ради благодарности. Чего там, я ведь всего лишь мальчик на побегушках. Ну и ты тоже беги. Давай. Не обращай на меня внимания. Я всего лишь гнилое местечко…
А Грундо пытался докричаться до него, повторяя:
— Да нет, что вы, большое вам спасибо! Мы вам очень, очень благодарны! Эй, погодите, не уезжайте, дайте я саламандру заберу…
Древний Сарум укатил задолго до того, как дверь открылась. Грундо поднялся на крыльцо и встал рядом со мной. Саламандра сидела у него на плече. Я еще раз постучала молоточком, и дверь наконец открылась. Открыл ее мой кузен Тоби.
Тоби всегда был довольно бледный, но сейчас он был белый, как стенка, и взгляд у него был какой-то отсутствующий. Из-за его спины доносились ужасные вопли и рыдания. «Дора!» — подумала я.
— Что случилось? — спросила я. — Что-то не так? Тоби сглотнул.
— Дедушка… Его только что утащили, буквально минуту назад. Мама говорит, его забрал Владыка Мертвых.
У меня внутри все оборвалось и рухнуло в какую-то ледяную яму.
— Убью Сибиллу! — сказала я. — Сколько раз увижу, столько раз убью!
Я не ожидал, что Родди окажется настолько властной. Наверное, она расстроилась из-за всего, что произошло, но ведь и мы тоже расстроились. Из-за того, как похитили Максвелла Хайда — вот так взяли, ворвались и похитили! — нас всех охватил ужас и какая-то нервозность. Как будто вот-вот случится что-то ужасное. Как будто оно уже не случилось, если вы понимаете, что я имею в виду.
Я подбирал и ставил на место мебель и фигурки и заодно пытался успокоить Дору. Саламандры носились взад-вперед, а в воздухе стайками порхали прозрачные создания. Я говорил:
— Тише, саламандр напугаете. Тише, слезами тут не поможешь.
И тут вошла Родди вместе с Тоби и еще одним мальчиком.
