— Минуточку! — сказал я. — Как это так вышло, что вы явились навестить дедушку в полшестого утра? У нас тут уже не первую неделю творятся непонятные делишки. Откуда я знаю, что Максвелл Хайд действительно ваш дедушка? Он о вас ни разу не упоминал.
— Ах! Ты уязвил наши чувства! — трагически воскликнула Ильзабиль.
— Он и о тебе ни разу не упоминал, кто бы ты ни был! — сказала Изадора.
И тут же они обе сразу, как будто обменявшись тайным знаком, попытались резко отпихнуть мои руки. Я не поддался. Я чувствовал, что они используют какое-то колдовство, чтобы проникнуть в дом. Не то чтобы мне это сильно мешало, зато заставило меня отнестись к ним еще подозрительнее. Потому я отпихнул их назад. Тут левая впилась зубами мне в руку, а правая пнула меня в лодыжку.
— Впусти нас немедленно! — завизжали они.
К этому времени я окончательно убедился, что девчонки тоже участвуют в заговоре и им зачем-то понадобилось взять дом Максвелла Хайда приступом. Так что я ухватил обеих за костлявые ручонки и попытался выкинуть их на улицу.
— Мы весь город поднимем! — пригрозила Ильзабиль.
— На нас напали! — заверещала Изадора. — Помогите! Здесь убивают ребенка!
Думаю, неудивительно, что этот шум разбудил весь дом, кроме Доры — Дору разбудить еще труднее, чем меня. Рядом со мной появился застегивающий рубашку Грундо.
— О небо! — буркнул он. — Это же Иззи! Только их нам не хватало!
Иззи прекратили верещать и брыкаться и обменялись усталыми взглядами.
— Снова этот медвежутик! — сказала одна.
— Приведи Родди! — распорядилась вторая.
— Да здесь я, здесь, — сонно откликнулась Родди из-за моей спины. — Почему вы, две заразы, верещите на крыльце в такую рань?
— Родди, этот огромный индийский мальчишка нас обижает! — заныла Изадора.
— Видимо, за дело, — ответила Родди. — Откуда вы взялись? Вас Джудит привезла?
Одна из близняшек тут же сделалась милой и ласковой, адругая — непробиваемо деловитой.
— Ах, милочка! — грустно сказала ласковая. — Джудит пропала! И Хеппи тоже.
— Мы попросили миссис Симпсон, чтобы она нас подвезла, — сообщила деловитая. — Мы такие находчивые! А потом они поменялись ролями и повторили то же самое, только наоборот. Я почувствовал, что голова у меня идет кругом.
Родди вздохнула.
— Ладно, впусти их, — сказала она мне. — Я боялась, что так оно и вышло.
Я охотно отпустил Иззей. Они тут же пробежали мимо меня на цыпочках, поводя руками, как балерины.
— А собаку вы куда дели? — прогудел Грундо, когда они пробегали мимо него.
— У викария оставили, — сказала одна Иззи через плечо, поводя руками. — Еда-а! — протянула она с вожделением.
— Она и нас хотела у себя оставить, — пояснила вторая, — но мы сбежали. Кухня! — с энтузиазмом добавила она.
И они галопом устремились на кухню. К тому времени, как мы их догнали, они отыскали все пакеты с сухими завтраками, что имелись в доме, и деловито наваливали себе в миски горы разнообразных хлопьев, заливая их всем молоком, что нашлось. Пол был засыпан воздушным рисом, и они опрокинули туда же мой кофе. Я кисло достал тряпку и принялся вытирать пол, а Грундо заново поставил чайник.
— Давайте лучше сделаем тостов, — с раздражением сказала Родди. — От этих двух чудовищ толку все равно не добьешься, пока они не налопаются.
Она была очень бледная, с синяками под глазами, как будто не спала всю ночь, и казалась еще более напряженной, чем обычно. Ну зачем она все время такая напряженная? «Вот в чем беда с этой любовью, — думал я, пока варил кофе. — Девочка может нравиться тебе до безумия, но тебе приходится иметь дело не только с ее внешностью. Ты вынужден мириться еще и с ее личностью. В полшестого утра!»
— Это твои кузины, да? — спросил я, кивнув на Иззей, уплетающих хлопья с молоком.
— Ага, — сказала Родди. — Близняшки Дориной сестры. Они ужасные.
«Ну что ж, по крайней мере, у нее хватает ума это сознавать! — подумал я. — Ей несвойственны эти дурацкие родственные чувства». По крайней мере, это у нас было общее, хотя нельзя сказать, чтобы это была прочная основа для романа. Ставя кофе на стол как можно дальше от Иззей, я был немало удивлен тем, что мне по-прежнему хочется завести с ней роман. Тем более что сама Родди меня никак не поощряла.
Тут в дверь сунулась сонная физиономия Тоби. Он увидел Иззей и побледнел.
— О нет! — сказал он. — Только не это! Пойду-ка я лучше козу проведаю.
И исчез.
— Сто процентов против! — хмыкнул Грундо. — Вот тосты. Родди, ешь!
— А я что, говорила, что не буду есть? — огрызнулась она.
— Нет, — буркнул Грундо. — Ты просто так на них смотрела. ..
Он дождался, пока Родди откусила кусок, и обернулся к Иззям.
— Ну, рассказывайте. Как именно пропали Джудит и Хеппи? И когда?
Изадора, которая наваливала себе четвертую миску, подняла голову.
— Сперва мы хотим еще молока и тостов.
— Молоко вы все извели, — ответил я.
— Тогда наши уста замкнуты! — сказала Ильзабиль.
— Ничего подобного! — сказала Родди. — Пусть одна из вас делает тосты, а вторая рассказывает. — Она откусила большой кусок тоста и добавила: — Не забывайте про клопов!
Иззи обменялись нежными, ангельскими взглядами.
