Услышав это, Ник сел и с трудом поднялся на колени. Но дедушка Гвин на него даже не взглянул. Он сказал Сибилле:
— Нет. Я предупреждал вас, но вы не услышали, не так ли? Вы уже призывали меня трижды. Теперь вы призвали меня снова, и я имею право призвать вас. И я вас призываю!
После этого в течение некоторого времени происходило столько вещей сразу, что мне пришлось расспрашивать других, что они видели и делали. Я в основном смотрела на Сибиллу. Думаю, в тот момент она впервые по-настоящему разглядела дедушку Гвина. Она уставилась на него, и лицо у нее стало как невыпеченный преттибред: красные пятна на желто-белом фоне. Рот у нее открылся, и она рухнула на колени, прижимая к груди сжатые руки.
— Пощади! — воскликнула она.
— Нет, — ответил мой дед. — Отныне вы будете следовать за мной.
Он тронулся вперед. Сибилла уже поднималась с колен, чтобы пойти за ним — она даже не попыталась спорить или протестовать, — когда сквозь туман и метель показались новые всадники, скачущие с другой стороны. На том, что ехал впереди, был рвущийся с плеч темно-алый плащ, а под плащом доспехи. Всадник увидел дедушку Гвина и его свиту и остановился. Я заметила, как привычно и изящно его левая рука в перчатке натянула поводья и как всхрапнул и загарцевал его конь, которому вовсе не хотелось останавливаться. Всадник вежливо приподнял правую руку, здороваясь с моим дедом. Но тут я вынуждена была обратить внимание на творящийся вокруг меня кавардак.
Грундо говорит, что кусок мокрой, заснеженной травы рядом с ним отъехал в сторону и наружу коленками назад хлынул толпами маленький народец. Думаю, это были те самые, кто следил за нами с такой тревогой, что даже я заметила. Им зачем-то были нужны Грундо и Тоби. Грундо говорит, что понятия не имел зачем, но сразу понял, что они им нужны. Он схватил Тоби и рванул туда. Я ничего этого не видела. Все, что я успела увидеть, — это свалку между маленьким народцем и промокшими от снега королевскими пажами. Маленький народец хватал молодых людей за ноги и вонзал в них длинные острые зубы, а пажи в ответ пинались и лягались. Я мельком увидала Грундо с волосами в снегу, который пробивался через свалку с другой стороны, и едва не бросилась ему на помощь. Но тут мне пришло в голову, что он меня нарочно зачаровывает, чтобы я это сделала, и я остановилась. Но потом подумала, что тем, кто нуждается в помощи, надо помогать, и снова рванулась вперед. Однако к тому времени все закончилось. Маленький народец утянул Алишу под землю, и отверстие захлопнулось.
И знаете, я ей позавидовала! И до сих пор завидую. «Какое интересное приключение ей досталось! — подумала я. — Несправедливо!»
Когда я снова подняла глаза, дедушка Гвин уже почти пересек открытое пространство, отбирая людей для своей свиты. К тому времени за ним уже послушно брели и Сибилла, и большинство оставшихся придворных волшебников. Я подумала, что одним из тех, кого он забрал в свою свиту, должен был оказаться отец Тоби.
Ну, про это, наверное, лучше расскажу я. Родди говорит, она была слишком занята тем, объясняя королевским пажам, что Алиша исчезла насовсем. Они хотели знать куда, а Родди об этом было известно не больше, чем им самим.
Я был ошеломлен, напуган, у меня все болело, я замерз, и все происходящее больше походило на беспорядочный сон, чем на что-либо другое. Я сидел на мокрой траве, глаза мне норовил залепить снег, а я смотрел, как Гвинан Нудд приветствует лорда-хранителя Британии — здесь-то его зовут лордом-хранителем Островов Блаженных, но я его зову лордом-хранителем Британии. Думаю, когда-то он был королем Артуром, но насчет этого я не уверен.
Они держались друг с другом весьма любезно и царственно, и видно было, что они ровня. Лорд-хранитель Островов Блаженных, одетый в алый плащ, сказал:
— Приятная встреча в час перемен, князь! Вы забираете всех, кто тут есть?
Гвинан Нудд поклонился. На его лице играла ужасающая мрачная усмешка.
— Воистину приятная встреча, ваше величество! Я собираю свою жатву, но есть здесь человек, которому надлежит сделаться вашим.
И он указал кошмарной конской головой с развевающимися клочьями шкуры на человека, которого Родди называла сэром Джеймсом. А потом Гвинан Нудд ускакал, и больше я его не видел.
Лорд-хранитель Островов Блаженных поманил свободной рукой кого-то, кто находился у него за спиной.
— Возьмите его и привяжите к хвосту последнего коня! — приказал он.
Человек, которому было велено — высокий, мускулистый рыцарь, — наклонился и поволок сэра Джеймса куда-то назад. Сэр Джеймс все распространялся о том, что это хамство, но никто не обращал на него внимания, и через некоторое время он заткнулся, и его я тоже больше не видел. Лорд-хранитель же медленно тронулся дальше, а я остался сидеть и, несмотря на слепящий снег, разглядел, что порывы метели в точности следуют за линиями вихря и все это вроде как стремится к тому дымящемуся ведру, которое оставил Иафет.
