Он подался в мою сторону и, застав меня врасплох, сильно ткнул меня куда-то под грудину. От неожиданного тычка и алкогольного выхлопа, который ударил мне в лицо, я отлетел назад и распластался на скалах по ту сторону тропы. А старик потерял равновесие, попытался было ухватиться за мои колени, промахнулся и кулем свалился мне под ноги. Голубой огонек как будто расплескался по земле. Но тут же взобрался по его руке и пристроился на блестящем от влаги плече.
– Солнечное затмение, – печально сказал старик. – Вот он где, в солнечном затмении.
– Вы не ушиблись? – спросил я.
Старик поднял мокрую седую голову.
– Существует специальный ангел, – сказал он, – приставленный заботиться о тех, кто пребывает под возлиянием крепких алкогольных напитков. Вот потому-то, молодой человек, трезвым я сюда не хожу. Все сходится. Ну что, понял, как вызывать свет?
– Нет, – честно ответил я.
– Как, ты даже не знаешь, где у тебя солнечное сплетение? – осведомился старик.
– Вы говорили про солнечное затмение, – заметил я.
Он поднялся на четвереньки и печально потряс головой. Во все стороны полетели брызги, как от мокрой собаки.
– Ну вот, – сказал он, – теперь ты надо мной издеваешься! Однако я буду снисходителен хотя бы потому, что иначе мне отсюда не выбраться. Но могу добавить, молодой человек, что твое отношение к старшим никак нельзя назвать уважительным. Солнечное затмение, подумать только!
Он принялся шарить по земле у моих ног.
– Ну где же он? Куда я подевал этот чертов огонек?
– Он у вас на плече, – сказал я.
Он повернул голову и увидел огонек. Точнее, он практически уткнулся в него носом.
– Ну вот, а теперь ты со мной шуточки шутишь, – сказал он. – Мне придется быть непроницаемым и холодно-любезным, иначе мы тут до утра проторчим. Подними меня.
От него так разило перегаром, что мне вовсе не улыбалось к нему прикасаться. Однако я хотел узнать, как вызывать свет, поэтому я наклонился и взял его за мокрую куртку. Это старику не понравилось. Он сказал: «Отпусти немедленно!» – и пополз назад.
– Вы ж сами просили! – сказал я. Он меня уже достал.
– Ничего я не просил! – отрезал старик. – Я просто стремился разрешить стоящую перед нами проблему, попросив тебя взять мой колдовской огонек. Если ты сумеешь его поддерживать, когда он окажется у тебя, значит ты фактически зажжешь его сам. Ну, давай. Бери его. Он тебя не укусит, а я без труда смогу зажечь еще.
Я не был уверен, что он имеет в виду именно это, однако же я осторожно подошел к нему и попытался взять язычок пламени в ладони. На ощупь он оказался почти никакой. Может быть, чуть-чуть теплый, и все. Я выпрямился, держа его в руках, очень довольный. Но тут огонек начал затухать и шипеть.
– Нет-нет! – воскликнул старик. – Не обращай на него внимания! Быстро подумай о чем-нибудь другом!
Он всполз по скале и как-то ухитрился встать на ноги. Потом щелкнул пальцами, и на ладони его высохшей старческой руки возник новый голубой огонек.
– Видел? А теперь смени тему.
– Э-э… – сказал я, стараясь не глядеть на голубую искорку, которую держал в руках, – вы сказали, что здесь нужно встретить троих, которые нуждаются в помощи. Получается, что вы у меня первый?
– Разумеется, нет! – сказал старик. – Я ни в чем не нуждаюсь, я хочу только выбраться отсюда, и ты у меня третий, так что теперь я могу уйти.
– А кого вы встретили до меня? – поинтересовался я.
– Козу, – сказал он. – Я не шучу! Она заблудилась, понимаешь ли. А потом мне повстречалась несносная девчонка, которая сказала, что прячется от своей близни-систреца – в смысле, сестры-близнеца, – и она хотела только, чтобы я ее не выдавал.
– А для козы вы что сделали? – спросил я.
– А что можно сделать для козы? Кажется, развернул и дал пинка под зад, – ответил старик. – По правде говоря, мне все это помнится несколько смутно, но я точно знаю, что ни одна из них не доставила мне столько хлопот, сколько ты. Ну что, получается?
Я наконец-то решился взглянуть на свои руки. Там осторожно мерцал огонек величиной примерно с пламя от спички. Я попытался сделать его побольше, но ничего не вышло.
– Вроде да… – ответил я.
Старик оттолкнулся от скалы и неверными шагами подошел посмотреть. От спиртных паров в его дыхании огонек сразу вырос вдвое, честное слово!
– Да-да, теперь все в порядке, – сказал старик. – Мне тут больше торчать незачем. Прости, я ухожу в далекий путь, не вздумай с горя в речке утонуть!
И он снова заревел песню без мелодии, пошатываясь в такт. Я думал, он пройдет прямиком сквозь скалу напротив, но там обнаружилось отверстие, которого я прежде не заметил. Старик нырнул в него – отверстие окрасилось серебристо-голубым от света колдовского огонька, – распевая во всю глотку.
– Ученик пошел по его стопам, – гремело среди скал. – Пламенем дышало слово, что оставил святой! А я бы сказал – да ну его к черту, это слово…
