Разговор, в ходе которого Родионов отчетливо понял, что Олег подсел к нему не случайно, продлился несколько часов. И хотя как профессионал подполковник прекрасно понимал, что идет вербовка, это не вызвало у него негативных чувств. Та злоба, которая копилась годами в недрах подсознания, выплеснулась в эмоции после смерти Муравьева, и сейчас он готов был продаться не то что иностранной разведке, но дьяволу. Причем даже не за деньги. За возможность мстить проклятому режиму.
Когда точки зрения были уточнены и Родионов подтвердил готовность сотрудничать, Олег сообщил ему, что организация, которую он представляет, не является шпионской или бандитской, имеет патриотический оттенок и борется с режимом нелегальными методами.
— Тебе позвонят от меня, — сказал Олег на прощанье.
И вот Родионов уже полчаса сидел и ждал человека, который позвонил ему и, сославшись на Олега, назначил встречу. Посидев еще десять минут, Александр Иванович посмотрел на часы в последний раз, выматерился и направился к метро. В вагоне электрички кто–то осторожно тронул его за руку, и приятный баритон спросил:
— Александр Иванович?
Родионов обернулся. Перед ним стоял высокий мужчина с короткой стрижкой седеющих волос и смеющимися глазами.
— Я от Олега.
Родионов понимающе хмыкнул.
— Доверяй, но проверяй.
— Надеюсь, вы не обиделись? — дружелюбно спросил незнакомец.
— Нисколько. Как вас называть?
— Зовите меня Котом. Мне это будет приятно, потому что так меня называют друзья. Надеюсь, мы ими станем.
— Может быть, — сказал Родионов, осматривая незнакомца. — Где будем беседовать?
Через несколько минут они сидели на втором этаже небольшого ресторана с английским названием «Джон Буль». Молоденькая официантка принесла меню, и Кот гостеприимным тоном, давая понять, что расплачивается он, сказал:
— Заказывайте, Александр Иванович.
Родионов, у которого с утра во рту не было маковой росинки, выбрал мясное блюдо и пиво с чесночными хлебцами. Кот держался с ним как со старым знакомым, которого не видел много лет, и не спешил начинать разговор о деле. За соседними столиками сидели «новые среднего пошиба», как окрестил их Родионов. Он поймал себя на том, что они уже не вызывали у него такой сильной неприязни, как в прошлый раз, когда он обедал с Олегом.
Кот болтал без умолку на ничего не значащие темы, и только когда с бифштексами было покончено и официантка принесла кофе и две порции коньяка, перешел к делу.
— Олег сказал мне, что вы с командой. Это так? Родионов пригубил коньяк и молча кивнул.
— Сколько человек?
— Девять.
— В деле были?
— Почти все. Афган, Чечня, Ближний Восток, Африка.
— Я имел в виду другое. Здесь, в Москве, вы уже вместе в деле были?
— Только на разгрузке вагонов, — горько усмехнулся подполковник.
— Договоренность какая–нибудь между вами есть?
— Пока нет. Я не форсировал события.
— Разумно, — одобрительно кивнул Кот. — Но почему тогда вы уверены в том, что они пойдут на мокрые дела?
— Дошли до ручки. Готовы хоть на большую дорогу.
Кот немного подумал. Внутренне он был немного разочарован, но виду не подал.
— Вы знаете, что собой представляет организация, которая пригласила вас в свои ряды?
— Весьма смутно, но, судя по всему, организация не слабая и действует профессионально.
— Откуда такие выводы? — с интересом спросил Кот.
— Вербовка была осуществлена очень грамотно. Кроме того, Олег имел обо мне всю информацию, что свидетельствует о наличии у него информаторов в нашем управлении. А это немало.
— Когда думаете провести беседу с командой?
— Сегодня ночью.
— Почему ночью? Ночью надо спать. Или сексом заниматься.
— Это вы ночью спите. А мы по ночам вагоны разгружаем.
— Хорошо. Я свяжусь с вами завтра вечером. Операция, которую мы запланировали, состоится через три дня. Оружие у вас есть?
— Только табельное.
— Ясно. Экипировка за мной. Операция принесет кое–какие деньги. Все участники получат свою долю. После этого желающие продолжать работу в рядах нашей организации будут посвящены в суть наших действий и в цели организации. Те, кто захочет отойти, будут свободны.
