– Тем более. И фигура хорошая. Расстегни верхние пуговицы рубашки. Увидишь, как он сразу подобреет.
Блондинка скептически скривила губы. Что б ее какая-то зэчка учила соблазнять мужчин?
– Этому Каплину все равно на такие вещи, – заметила она. – Он даже почти не смотрит на меня. Только в свои записи. Не мужик, а камень.
– Да? Плохо, – Маха задумалась.
Но долго молчать сокамерница, видимо, не привыкла.
– А подари мне что-нибудь, – она кивнула на косметику.
Лисневская молча выбрала несколько средств и положила перед женщиной.
– О! А ты, оказывается, нормальная. Я думала, совсем стервоза.
Следователь ожидал ее в допросной. Лев Гаврилович был в форме следственного комитета. В таком официальном виде Дарья его еще не видела. И надо сказать, что белая рубашка, галстук и синий мундир с желтыми погонами его очень украшали. Каплин и так имел приятную внешность, а форма это выгодно подчеркивала.
– Здравствуйте, Дарья Александровна, с выздоровлением.
– Спасибо.
Она, как обычно, села напротив него. А он что-то увлеченно писал в своем блокноте и даже не поднял лица.
– Кстати, ваш адвокат опаздывает.
– У меня есть адвокат?
– Наверное, ваш муж его нанял. Или кто-то другой. Я не интересовался. Он мне позвонил и сказал, что будет защищать ваши интересы.
– Вот как.
Лисневская меньше всего желала, чтобы ее защищал адвокат мужа Михаил Новодворский. Поэтому искренне расстроилась.
Наконец, подняв глаза на подозреваемую, Лев Гаврилович не совладал с эмоциями. На пару секунд он, что называется, завис.
– Вы очень хорошо выглядите, будто и не болели, – наконец, вымолвил следователь.
– Это благодаря вам я оказалась в камере повышенного комфорта? – поинтересовалась Лисневская, сделав вид, что не заметила комплимента.
– Я посчитал, что нахождение в обычной камере, где будут еще человек восемь, слишком жестоко по отношению к вам.
– Спасибо.
Дарья собиралась еще что-то сказать, но тут с шумом отворилась дверь, и в кабинет Каплина стремительно вошел мужчина, которому, несмотря на весь лоск и моложавость, запросто можно было дать лет шестьдесят. Очень дорого одетый и явно до крайности самоуверенный субъект сразу вызвал у Льва Гавриловича неприязнь.
– Всем добрый день. Извините за опоздание, – громко произнес вошедший. – Дашенька, рад вас видеть.
Судя по лицу Лисневской, эта радость не была взаимной.
– Позвольте представиться – Михаил Натанович Новодворский, адвокат сей молодой особы. Вот моя лицензия. А вот соглашение, которое вам, Дарья, необходимо подписать.
Он подал следователю и обвиняемой документы.
– Лев Гаврилович, – в свою очередь представился Каплин совершенно без какого-либо пафоса.
– Пока мы здесь одни, обойдемся без церемоний и сразу перейдем к делу, – предложил адвокат. – Хонда Сивик вас устроит?
Каплин, кажется, даже не понял, что имеется в виду. А вот глаза Дарьи в буквальном смысле едва не полезли на лоб. Она ошарашено перевела взгляд на Новодворского, а потом усмехнулась и бесцеремонно покрутила пальцем у виска.
– Лучше бы похлопотали о том, чтобы меня выпустили под залог, – фыркнула она.
– Вадим Борисович сказал, что на это у него не хватит средств.
– То есть, на квартиру за сорок два миллиона у него есть деньги, а на залог нет? – даже не пытаясь скрыть ехидство в тоне, осведомилась Лисневская.
– Постойте, это вы мне сейчас взятку предложили? – изумленно, но в то же время с некоторой яростью во взгляде спросил Лев Гаврилович.
– Да, и что?
Подобная наглость переходила все границы. Каплин терпеть не мог таких вот лезущих на рожон типов.
– Вы серьезно допускаете мысль, что я соглашусь?
– Молодой человек, там, где вы учились, я преподавал, – снисходительно произнес адвокат. – Не смешите меня своим праведным гневом. Видели мы таких честных. Все вы вначале за идею работаете.
– Вас не пугает перспектива привлечения к ответственности за дачу взятки должностному лицу? – уже холодно и деловито уточнил Лев Гаврилович.
– Ладно, пока оставим это, – Новодворский, наконец, сел. – Просто поймите меня! Я знаю эту девочку почти с пеленок! Мое сердце разрывается от мысли, что она может попасть на зону!
Дарья презрительно скривилась, но оставалась безмолвной.
– Моя цель – не отправить на зону Дарью Александровну, а найти убийцу, – возразил Каплин.
– Ах, надеюсь, что это действительно так. Не переживайте, Дашенька, мы вас вытащим. Даже если вы действительно укокошили этого кондитера.
После этой реплики и Лисневская, и Каплин глядели на адвоката пораженно. Но время и так поджимало. Лев Гаврилович решил не вступать в полемику. Он вызвал дежурного и спросил, на месте ли свидетельница. Та ждала уже больше часа.
– Хорошо, пригласите ее.
Однако, сначала в кабинете появились две молодые особы и заняли места у стены. Между ними было предложено сесть Дарье.
Вошла какая-то пенсионерка, которую Лисневская видела впервые в жизни. Назвав ее по имени-отчеству, Лев Гаврилович спросил, узнает ли она кого-нибудь. Та сразу указала на Дарью. К слову, из всех трех блондинкой была только она.
– Виденная вами в день убийства женщина – это Дарья Лисневская?
