В понедельник коллеги посоветовали ему немного повременить с отставкой, и состояние его, кажется, улучшилось. Однако во вторник один из его начальников — полковник Винцент Роуз, который сам до того оказался подопытным и у которого в течение нескольких недель обнаружилась серьезная вторичная реакция на наркотик, отметил в поведении Олсона тревожные симптомы и решил показать его психиатру. Вечером Фрэнк Олсон объявил своей жене:
«Я стал для тебя опасным. Мне нужно в Нью-Йорк на прием к психиатру».
На другой день она проводила его до аэропорта. Он сел в самолет вместе с полковником Роуэ и агентом ЦРУ Робертом Лэшбруком. Это был последний раз, когда Элис Олсон видела своего мужа живым.
В Нью-Йорке Роуэ и Лэшбрук отвели Олсона к доктору Гарольду А. Абрамсону, бывшему военному психиатру, который к тому же считался одним из специалистов по ЛСД. После госпитализации и нескольких обширных обследований, одно из которых длилось почти целый день, доктор Абрамсон поставил диагноз — психоз в тяжелой форме с галлюцинациями. Олсон уже заказал билет на самолет, чтобы отправиться к своей семье и провести с ней новогодние праздники, но в последний момент передумал. Он поспешно вернулся в Нью-Йорк, позвонил Абрамсону и попросил снова положить его в больницу. За день до помещения в больницу Олсон находился в гостинице «Стэтлер», в центре Манхэттена. Оттуда он позвонил жене: «Мы говорили о его возвращении домой и о его госпитализации. Ничто не предвещало, что разговор этот будет прощальный», — говорила Элис Олсон. Несколько часов спустя агент ЦРУ Лэшбрук, которому было поручено наблюдение за Олсоном и который жил с Олсоном в одной комнате, проснулся от звона разбитого оконного стекла. Это Олсон выбросился из окна комнаты, пролетел вдоль него и разбился, упав с десятого этажа на тротуар Седьмой авеню. Тело погибшего опознал сам Лэшбрук.
На протяжении 22 лет никто не объяснил Элис Олсон и ее троим детям суть происшедшего. ЦРУ просто уведомило семью, что Фрэнк Олсон покончил жизнь самоубийством, и установило ей солидное пособие. Прочитав заключения комиссии Рокфеллера, Элис Олсон позвонила полковнику Роуэ и узнала правду. В ходе пресс-конференции в июле 1975 года дочь Олсона Лиза заявила:
«С 1953 года мы боролись за то, чтобы разобраться в причинах смерти моего отца, этого странного «самоубийства». Сейчас, 22 года спустя, нам стало известно, что эта смерть явилась следствием небрежности и невообразимых беззаконий, допущенных ЦРУ».
Семья Олсонов заявила о намерении предпринять юридические шаги против ЦРУ
«не столько во имя возмещения убытка и восстановления попранных интересов, — сказал один из сыновей Олсона — Эрик, — сколько для выяснения точных обстоятельств этой смерти».
Маловероятно, однако, что когда-либо станет известно нечто новое по данному вопросу. Дело в том, что в 1973 году по распоряжению д-ра Сиднея Готлиба были уничтожены 152 досье, содержавшие отчеты об этих опытах. Готлиб сотрудничал с ЦРУ начиная с 1951 года, но уже ранее он установил связи с секретными службами.
С 1953 года лаборатории Сандоз стали предоставлять в распоряжение исследователей новый продукт, свойства которого были открыты в 1943 году одним из их химиков д-ром Альбером Хофманом: ЛСД или диэталамид лизергиновой кислоты. Учитывая широкий диапазон действия этого вещества, одно время предполагалось использовать его для лечения некоторых психических расстройств, а также для вызывания временных искусственных психозов. В Соединенных Штатах Национальным институтом психического здоровья финансировались многочисленные исследования, однако результаты психиатрических опытов с применением ЛСД в общем оказались обманчивыми. Дело в том, что на протяжении 60-х годов употребление ЛСД стало настоящей модой, особенно на территории американских университетов и колледжей. В 1966 году в связи с широчайшим распространением этой новой разновидности наркомании лаборатория Сандоз прекратила производство ЛСД. Однако этот наркотик довольно легко поддается синтезированию, и частные лица могут без труда изготовлять его кустарным способом.
