— Никогда так не говорила, — Ясмина продолжает песочить Милану, — но посмотрю я на тебя во время и после декрета.
— Я буду самой красивой мамочкой, — ехидно улыбается в ответ Косолапова.
— Ты будешь самой красивой пандочкой, — не уступает Яся, в то время как Ольга что-то показывает мне на экране телефона, но я не понимаю, что она этим хочет мне сказать.
— Это ещё почему? — В хлопает длинными ресницами Милана.
— Потому что от стресса и недосыпа отъешь классную пушистую задницу, а круги под глазами плохо поддаются корректировке косметикой. Только сон помогает, а его у мамочек дефицит, — припечатывает опытом мама двоих девчонок.
— Раунд, девочки, — потирая огромный живот выпрямляется Ольга. — На этот раз тебя размазали, — смотрит на Косолапову, и та поднимает руки.
— Подумаешь, — фырчит наша барби. — Я не собираюсь становиться матерью.
— Это ты Демьяну рассказывать будешь. Сколько можно над ним издеваться? Напомни, сколько раз он делал тебе предложение? — Прищуривается Ольга.
— Два, — съёживается девушка. И тоска в её глазах бьёт по мне наотмашь.
— Ему скоро надоест с тобой носиться, как с писаной торбой. Сегодня снова приезжал. Ищет тебя, а ты трубку не берёшь. Уже даже Руслана не отправляет, знает, что вы поцапались, — Оля присаживается рядом с Миланой и та кладёт руку на большой живот. Малышка тут же пинает в ладошку свою будущую крёстную маму, а мы с Ясминой улыбаемся, смотря на милоту. Они словно семья. Хотя… Прожив столько времени вместе, они стали уже больше, чем просто подруги.
— Завтра — мой последний день. Мы подписываем последние бумаги и больше он меня не увидит, как и я его. Правда, он об этом узнает только завтра, — грустно улыбается Милана. — Ясь, твой бывший муж теперь официально банкрот. Ксюша свалила со всеми его деньгами. Он бы выбрался и, может быть, мы бы с ним ещё долго торговались за долю, но Андрею приходится продать свой бизнес, потому что девица каким-то образом набрала на его имя кредиты под бешеные проценты. И не у простых людей она брала эти кредиты, — переводит разговор в другое русло подруга.
— И куда же она ушла? — С искорками интереса в голосе спрашивает блондинка.
— Только не вздумай его жалеть, — тут же кривится Милана.
— И не подумаю, — фырчит Ясмина в кружку с зелёным чаем.
— Нашла себе другого мужчину, побогаче, — пожимает плечами брюнетка.
— Про побогаче, — встревает Оля, а мне приходится заткнуть своё любопытство, хоть и хочется расспросить Милу о её отношениях с Молотом. Потом спрошу. — У Полины недавно появился ухажёр. Ничего не имею против, но, кажется это муж Анжелики. Не город, а маленькая деревня.
— Ей не привыкать, — кривится в усмешке Ясмина. И только мы с Миланой ничего не понимаем. — Не обращай внимания, — говорит мне подруга. — Анжи пережила уже не одну любовницу и очень гордится своей ролью хранительницы домашнего очага. Так откуда ты про это узнала?
— Ну вот, смотри, — Оля показывает фотографии на телефоне. На экране только довольная Полина с цветами, какими-то пакетами и на фоне брендовых магазинов. — А вот тут засветились часы. Мужские, — заговорщически шепчет. — И-и-и-и-и, смотрите у Анжелкиного мужа точно такие же часы.
— И что? — Спрашиваю я. — Таких часов может быть море.
— Таких, да не таких. Слишком дорогие, чтобы быть у каждого второго и они для левшей. Для особо упёртых, вот тут они вместе и даже не сильно стараются сделать вид, что незнакомы, — разбивает все наши возражения Оля.
— Я тебя боюсь, — выдыхаю, восхищаясь умениями девушки.
— Я так любовниц своего мужа находила. Мало кто может хорошо скрывать другую женщину. Любовницы же не сильно хотят сидеть на втором плане, поэтому найти компромат несложно. Нужно только захотеть, — подытоживает она.
— Так Артём, — возмущаюсь я.
— Не-е-е-т, это мой первый муж ходил налево, а у Артёма одна любовница — его работа. И как бы мы с Вадькой ни бились с ней за внимание, мы однозначно в проигрыше.
Вот и у Волкова, похоже, работа — это основное, а я где-то на втором или третьем плане. Да чего ж он не звонит? Возмущаюсь про себя, смотря на часы. Обещал же после игры набрать, а уже почти десять, у него там — одиннадцать.
— Тогда для чего Полина приходила, если у неё всё хорошо? — Спрашиваю у девчонок.
— Поднасрать — дело святое, — довольно щурится Мила. — И если она тебе про соседа рассказывала какие-то «тайны», то мой тебе совет — не верь. Помни, что твоя лапочка — обязательно чей-то бывший мудак. Потому что свои ошибки и ответственность за них проще переложить на другого, чем признаться, что ты сама дура.
— По своему опыту судишь? — Тут же поддевает её Ольга.
— Туше, — разводит руками Косолапова. — Позвони ему, — говорит она уже мне.
И я соглашаюсь с ней. Как ни крути, лучше поговорить, чем страдать выдумками и добивать себя фантазиями. Иду к себе в комнату, чтобы послушать тоскливые гудки, с каждым протяжным стоном трубки сердце колотится всё сильнее. Он не берёт. Набираю ещё и ещё. Результат тот же.
