— Конечно, не только… Вечером одиннадцатого декабря Андросов ужинал у меня. Помню, свежую курочку запекла в духовке — он любит. И Юрик всеми угодниками поклялся, что женится только на мне. Потому и деньги мне на хранение не отдал, даже частью их не поделился. «Зачем, Ленусик, тебе рисковать? Всё равно у нас скоро будет общее хозяйство, а тебе спокойнее. Как устрою дела в Москве, так и вызову тебя. А Томе, врачи говорят, совсем мало осталось…» Ведь за помощь в опасном деле в долю надо брать. Будь я чужой, потребовала бы оплаты. Или отказалась бы, что скорее всего. А тут… Даже не знаю, что случилось. Ощутила азарт; какую-то пьяную, буйную удаль. В наше время о совести только перед телекамерами и вспоминают. И причём каждый раз те, кто о ней на самом деле давно забыл. На Валентину меня давно зло разбирало. Всю жизнь с настоящим мужиком прожила, который много получал. Да ещё так любил её! Не дрался, не гулял, и в старости остался с ней. Сына родила и вырастила. Внучка, считайте, уже взрослая. Почему ей всё, а я вековухой должна жить? Несправедливо Создатель блага делит между нами, грешными. Она только бухгалтерские курсы за плечами имела, а всю жизнь прожила, как за каменной стеной. На нашем предприятии в бухгалтерии и работала. Всегда золото на ней, модные тряпки. На курорты могла ездить, целое лето в отпуске сидеть за свой счёт. Сын уже большой был, и она жила в своё удовольствие. Красную рыбку на работу носила, икру в банках. Другие дефициты. Конфеты с ликёром, например. Сейчас смешно, а тогда бабы от зависти выли. Везло ей больше, чем остальным. И всё не так, всем недовольна! Тоже в Андросова влюбилась… Ей-то Юрик на что, интересно? Володька пылинки с неё сдувал, всю ответственность брал на себя. За ту скинутую двойню в Гремихе виноватым чувствует себя до сих пор. Не жила она, видите ли! Мне бы так не жить… Одним словом, я согласилась. Но сама не убивала, поверьте. Просто ненавязчиво поспрашивала о планах на тринадцатое и узнала, что в половине третьего Володя уходит праздновать золотую свадьбу друга. До вечера его не будет. Алина после школы должна в магазины идти за продуктами. Выбрали такое время, когда девочка ещё на занятиях была. Валентина нам открыла. Конечно, могли и ключом воспользоваться, но вдруг соседи увидят? И кто знает, может, там у неё сидят гости? Короче, провела она нас в комнату, как всегда. Андросов и Тамару Филипповну привлёк тоже. Пока мы нейтрализуем Валю и достаём деньги, Тома должна была следить, что делается во дворе и на лестнице. Андросов велел мне пирожок испечь, туда снотворного намешать. Думал, что Валя заснёт, и можно будет легко с ней справиться. Ведь взбалмошная такая была, активная, да ещё муж её всяким приёмчикам обучил. Могла заорать и всё испортить…
— Снотворное не подействовало? — не переставая печатать, спросила Милявская. Она уже переменила страницу, работая, как заправская машинистка.
