На следующий день, после разговора в беседке, на тренировочной площадке меня нашла Дия. И спросила, не буду ли я против, если она станет меня учить, вместо Яна. Суть такого вопроса я знал, так как у них тут есть заморочки о том, что женщину может учить кто угодно, а мужика — только мужик. Мне же на эти условности было плевать. Разумеется я не был против. Как мне сказала Дия, мы с Яном зашли в тупик в учебе, и чтобы с него выбраться, мне сменили наставника. О таком этапе своей учебы, как тупик, я слышал впервые и не понимал оснований для этого, и тем не менее мы начали учебу с моей новой наставницей.
Сперва было трудно, не потому что Дия плохой наставник, а потому что она стеснялась меня обучать. Примерно месяц ушел, прежде чем я этот барьер неловкости если и не разрушил, то свел к минимуму. Понятное дело, что за это время я мало чему научился, скорее топтался на месте. А вот потом пошло обучение, и я понял всю суть того тупика, о котором мне не рассказал Ян. Я совершенствовал каждое движение, знакомое мне ранее. Я по новому смотрел на знакомые и на новоприобретенные вещи. И пришел к простому выводу: все, что было мне известно ранее, это некая незавершенная версия того, что изучаю сейчас. В реалиях предыдущего мира, мои знания были более чем самодостаточные, но не здесь.
Только благодаря занятиям с Дией, я нашел ту четкую границу умений, которые были применимы с обычными людьми, вроде меня. Умения, которые применимы только против местного населения, с учетом их антропометрии, силы и ловкости. И как финал, навыки и опыт, которые я не мог применять раньше против местных опасностей в виде людей, зверей, растений. На некоторые вещи пришлось посмотреть иначе.
Для себя я это отметил как бой против нового типа оружия. Словно до этого, я сражался против шеста, а сейчас нужно сражаться против трехзвенной палки, а это значит, что область применения становится более разнообразной, и то что я раньше мог просто заблокировать, сейчас может завернуться за счет звеньев и заехать мне по затылку. В моем родном мире, я бы назвал это курсами повышения квалификации, но что здесь, что в Живом, это обучение выживать. Орден леса дал мне среднее образование, здесь же я приобрел высшее.
Прошел год и шесть месяцев, с того дня, как я попал к изгоям. Формально, мое обучения завершилось неделю назад, по факту же на два месяца раньше — именно в тот день, меня впервые взяли на дело добытчики. Я был этому рад, да и чего уж скрывать, толика гордости за свои достижения тоже присутствовала. Многому ли я мог за это время научится? Сложно сказать, большинство знаний я дополнял, хотя были и новые для меня моменты. Например, верховая езда. Я этого не умел ни на Земле, ни на Живом, а тут научился. Сперва, конечно, послужил потехой местному населению, Для них такая дикость, что кто-то в моем возрасте не обладает навыками верховой езды, равносильно, что человека не научили ходить. Но что было, то было. Учил меня этому делу Дормур. И я так думаю, что частично из-за этих уроков, я и попал к добытчикам немного раньше, чем предполагал.
Первым мой выход не запомнился ничего интересным. Его цель была проста и сезонна. Мы пошли за лошадьми. Как я узнал, целенаправленной привычки заниматься селекцией данного вида тут не было. Не тот ритм жизни. А вот сходить и захватить лошат — это уже другое дело. Суть такого занятия объясняется так же просто — бизнес и выживание, основные двигатели любых действий в любых мирах. Часть захваченного молодняка обретет хозяев внутри поселения — у меня появится лошадка, по новой лошадке тем, кто потерял своих за прошедший год — Волна, старость, или просто не повезло. Если же очень сильно повезет и все свои нужды мы справим, то есть шанс поймать пару лошадок для бартера с охотниками. Ловить их тоже нужно в определенном возрасте, иначе шанс их обучить стремится к нулю. Приручаются они не сложно, идут на контакт с людьми, а вот в обучении есть нюансы.
Эта вылазка была длинной, и она же стала во много мне экзаменом на знания всего, что мне рассказывали все это время. За три недели мы наловили нужное количество лошадей и вернулись домой.
Жил я все так же при лечебнице. Меня никто не прогонял, посильную помощь я оказывал. Вроде, все были довольны.
Затем пошли и обычные выходы добытчиков, и патрулирование окрестностей в том числе. Числился я в отряде Яна.
— Айгардо, ты где? — окликнула меня Дия.
— В опаснике! — не замедлил я с ответом, и продолжал наблюдать за танцем цветов.
Опасник — это отдел сада при лечебнице, где растут агрессивные по своему поведению растения. Мне нравилось за ними наблюдать.
— Нашла. Тебя Ян просил зайти.
