Первым Из-за насыпи вылетел, подброшенный Закатиглазкой меч, за ним появилась её голова, перепачканная землёй.
И действительно, шагах в пятистах впереди, начиналась подошва отрога тёмных, лишённых растительности гор, уплываюших вдаль, к далёкому каменному хребту.
У подножья отрога возвышалась каменная громада — замок дракона.
Обрадованная, скорым окончанием пути, Принцесса, испытала прилив новых сил, и бодро зашагала к замку, с каждым шагом приближаясь к заветной цели. Вот, уже, она хорошо различала четыре оборонительных башни с чёрными окнами бойниц, расположенные по периметру замка и соединённые толстой зубчатой стеной, Из-за которой пиком взмывал в небеса донжон — центральная крепостная башня, на крыше которой развевался штандарт с изображением трёх драконьих голов извергающих пламя.
— Добрались! Добрались! — Принцесса воодушевлённо размахивала мечом, и сталь со свистом рассекала воздух.
Даже, заяц, почуявший конец своих мытарств встрепенулся, поддал темпу, и понёс Кобольда к крепости, перескакивая через кочки и ухабы.
Замок стоял на скалистом уступе, у которого Кобольд остановил прыткого зама и передав щит Принцессе сказал:
— Дальше сама.
Принцесса забросила щит за спину и, держа меч двумя руками поднялась на уступ, к большим внешним воротам. Она позаглядывала в щели, но никого не увидела, тогда Закатиглазка принялась тарабанить ромбовидным навершием рукоятки меча в ворота.
— Выходи, дракон! — звала она — Бороться будем!
От стука, с башен крепости поднялась в воздух стая стервятников и с отвратительным криком закружилась над замком.
— Выходи, сукин сын! — Принцесса, уже рубила ворота мечом, каждым ударом погружая лезвие, чуть ли не до середины, в жёсткую древесину.
Но замок не подавал никаких признаков жизни.
Принцесса, уже, было отчаялась дозваться противника, как послышались шаркающие шаги, кто-то шёл по двору замка, а когда проходил возле ворот Закатиглазка расслышала поток отменных нецензурных выражений в свой адрес, и у неё отлегло от сердца — замок был обитаем.
Заскрипела, приоткрываясь, маленькая калиточка с правого боку от ворот, и в образовавшуюся шель кто-то показал Принцессе смачную дулю.
Закатиглазка стояла обомлевшая и пялилась на фигуру, а надо было признать, что ни разу в жизни ей никто не показывал такой идеально сложенной, крупной как арбуз, густо покрытой седыми длинными волосами, восхитительной дули.
— Что замолкла, как язык проглотила?! Чего орёшь под дверью? А как я сейчас ментов вызову на тебя, посмотрим как, тогда, запоёшь! — обругала остолбеневшую Принцессу свирепая Дуля.
— Постой — постой, — проговорила про себя Принцесса — мне кажется я тебя припоминаю.
— Я тебя в ментовку сдам, — разъярилась пуще прежнего Дуля — ты там всё вспомнишь!
— Да! Вспомнила! — Принцесса аж подпрыгнула от радости — Ты у моего мужа, Короля Многоземельного, служил надзирателем на сахарной плантации, и зовут тебя — Дуля.
— Во — первых, — Дуля нервно сопела, и дёргала большим пальцем, бывшем у неё вместо носа — я, уже, не Дуля, я фамилию в прошлом году поменял, и теперь, я — Кукиш.
— Хорошо поменял, — похвалила Принцесса.
— Во — вторых, — громче заговорила Дуля, недовольная, что её перебивают — твой муж мне остался должен жалования за год, может ты его принесла? Я верой и правдой службу нёс, ни один дармоед из каторжных у меня государственного имущества ни на копейку не похитил, а твой муженёк вон как меня отблагодарил!
— Куда тебе, ещё, и жалованье платить? — возмутилась Закатиглазка — Ты же сам всё разворовал. Тросник выкосил, каторжников в рабство продал, и, даже, саму землю, что под плантации отведена, продать умудрился.
— Короче! — насупилась Дуля, поняв, что честно заработанного её отдавать не намеренны — Ты сюда чего припёрлась? Вот и ворота господские поцарапала, за это с тебя взыскать полагается.
— Эге! — присвистнула Принцесса — А ты, как я посмотрю, обнаглел окончательно, забыл, уже, как ножки у моего супруга целовал?
Дуля хотела что-то ответить, но Принцесса ткнула в неё остриём меча и Дуля осеклась.
— Я сюда пришла не с тобой припираться, — Принцесса грозно наступала на Дулю — поди — ка к дракону, и сообщи, что бы возвратил похищенный горшочек с двумястами тысячами золотых монет, а если же добром он их вернуть не пожелает, то пускай выходит на смертный бой!
— Чего это я тебя слушаться должен? — пробормотала Дуля, желая оказать неповиновение Принцессе.
— Да я тебя! — Принцесса подняла над головой меч.
Дуля тут же юркнула за калитку, и даже не запирая, бросилась бежать, слышно было как она испуганно зашлёпала во внутреннем дворе.
Внизу Кобольд подавал Принцессе вопросительные знаки, интересуясь почему до сих пор не начинается бой. Принцесса в ответ, только, пожала плечами.
Во внутренем дворике замка опять раздались шаги, и явно не одного человека.
Принцесса отступили на десять шагов от ворот, подняла меч и приготовилась.
Затарахтела внутреняя решётка, её поднимали, затем ухнули ворота и начали медленно растворятся — это Дуля раскрыла по очереди оба тяжёлых створа.
