Мы смогли встретиться только через месяц. Он то и дело откладывал встречу, но я настояла. То место, куда я приехала, назывался «Глобал-Экстрасенс». Честно сказать, обычное офисное, ничем не примечательное здание. Правда, не каждый мог туда попасть, только по записи. Чем там занималось огромное количество рабочих, так и осталось для меня завесой тайны. Единственная особенность этого помещения, то, что оно находилось далеко за городом, словно, тюрьма или психиатрическая клиника. Рядом располагался лесной заповедник.
— Раньше здесь была психбольница, — объяснял Викентий, ведя меня по этажам в свой кабинет.
— О, это многое объясняет, — отреагировала я.
— Я пошутил, — улыбнулся он, так словно очень юморно сказанул. Этот человек совершенно не подходил под атмосферу офисного быта. На нем висел балахон, как у индейца, из всех цветов радуги, под ним виднелись обычные черные классические брюки, — Я сам построил это здание 8 лет назад.
— Понятно, — улыбнулась я.
— Я не понимаю, как вы до сих пор еще держитесь, — вдруг произнес он, когда мы вошли в кабинет, полностью белого цвета. Белым было абсолютно все: мебель, стены и даже компьютер.
— Что вы имеете в виду? — напряглась я.
Викентий сел за овальный стол, и указал мне, тоже присесть напротив него.
— Вас посещают души мертвых людей, ведь я прав? — не спрашивал, а буквально констатировал он.
Я лишь кивнула, не успев произнести ни слова.
— Обычно, такие люди, как вы теряют разум, но вы исключение, — смотрел он взглядом — дрелью, что пилит насквозь.
— Нет, я не исключение, поверьте, иногда, мне кажется, будто я схожу с ума…
— Вы пришли за помощью, которую я не смогу вам оказать, — говорил он, не слыша моих слов.
— Но хотя бы объяснить вы можете? — нахмурилась я.
— А что объяснять? Просто у вас есть дар, который несколько тысячелетий назад был обычным делом. Люди видели своих умерших близких. И это было нормально. Сейчас это считается необычным, только потому, что большинство людей потеряли этот навык в ходе эволюции, ослепли, так сказать, — он немного выдвинулся вперед, словно хотел, чтобы его слова доходили быстрее, — Вот даже интересно, а как вы считаете, что с вами происходит?
— Не знаю, — отрешенно ответила я, — Скажите, почему вы тогда ушли? Вы ведь чего-то испугались?
— Знаете, когда я вхожу в транс, то могу увидеть очень страшные вещи, — он откинулся обратно на спинку стула.
— И что же вы увидели? — насторожилась я. Не со мной ли это связанно?
— Он увидел собственную смерть, — вдруг произнес Глеб. Я аж испугалась, то ли от его слов, то ли от его голоса.
— Вы увидели собственную смерть? — тут же спросила я Викентия.
Его лицо исказилось в ошарашенной гримасе.
— Как … как вы узнали? — его голос задрожал.
— Мне только, что Глеб сказал, — я указала, на позади меня стоящего Глеба.
Взгляд экстрасенса устремился в сторону Глеба, он стал серьезным, словно человек, который никогда в жизни не улыбался, и вообще, мне даже показалось, что морщинки в уголках рта исчезли.
— Он разговаривает с вами? — Викентий до сих пор смотрел в сторону Глеба, не знаю, видел он его или нет, но то, что он чувствовал его, я могу сказать на сто процентов, — Это не призрак, — после нескольких секунд глубоких раздумий, заключил он, — Призраки не разговаривают, или произносят, но очень редкие слова.
— Тогда кто?
— А вы сами-то спрашивали его? — напрягся он, словно не доверял мне, будто подписал какие-то важные документы, и понял, что его обманули.
— Он сказал, что я сама его создала, — я лишь развела руками.
— Как часто он появляется?
— Он всегда рядом…
— Угу, — Викентий вновь впал в глубокие раздумья, уже перестав смотреть в сторону Глеба, — А вы… простите за вопрос… случайно, не занимаетесь с ним любовью? Просто, я чувствую между вами любовную связь.
— Да, — медленно подтвердила я.
— Бог, ты мой! — он схватил себя за голову, — Это очень-очень плохо! Мне нужно прочитать одну книгу! — он соскочил со стула, — Там все подробно рассказывается! Все в точности, как у вас! Завтра утром я вам позвоню! — с этими словами он куда-то умчался, забыв про меня, про увиденную, им же, свою смерть.
Но завтра для Викентия уже не наступило. Я позвонила на его номер по визитке, мне ответила какая-то женщина, что ясновидящий покончил жизнь самоубийством, спрыгнул с седьмого этажа своей квартиры, и разбился на смерть, унеся с собой тайну в вечность, которую я пыталась разгадать.
Через несколько дней мне удалось попасть в его квартиру, родных у него не было, так что домработницу уговорить не составило никакого труда.
Я просматривала абсолютно все, пытаясь найти хоть какую-то зацепку. И нашла. На кухне стоял поднос с прогоревшей книгой, от которой остались лишь переплёт и горстка пепла. Какое же чудо литературы, он пытался так тщательно сжечь?
Название книги, кажется, было на латыни «Occultis filii diaboli». Не знаю, как вам, а последнее слово в этом названии мне очень напомнило слово «дьявол».
— Ты ее сжег, — тихо произнесла я, разгребая пепел.
