Я молчала. Гадать, для чего полукровка прибыл не хотелось, особенно в свете того, что к завтрашнему утру я пересеку границу и навсегда покину территорию ненавистного мне княжества.
От всей этой ситуации выиграл только один лекарь, спокойно закончивший перевязку и выплеснувший на голову новоприбывшего начальника все свои обиды и недовольства.
***
— По мою душу? — Дожидаться, пока разговор начнет севаст, не стала, и едва выдохшийся и счастливый лекарь удалился с глаз долой, приступила к беседе.
— Да, — кивнул севаст, потом посмотрел на место рядом со мной, — присесть разрешишь?
— Садись, — я пожала плечами, немного сдвигаясь в сторону. — Какими судьбами?
— Сурэо шлет тебе привет, — ответил эльф, облегченно опускаясь на деревянные доски повозки.
— Ты приехал за этим? — Удивилась я, облокачиваясь спиной о край повозки, и отодвигаясь еще дальше.
— Не только, — севаст вытащил из-за спины сумку и, порывшись в ней, выудил на свет кожаный тубус. Протянул мне. — Это для тебя.
— Что это? — Прежде чем взять документ, подозрительно посмотрела на эльфа-посланника, не зная как реагировать на подобное.
— Читай.
— Хорошо, — взяв тубус, я раскрутила его и вытащила свернутый в трубочку пергамент. Одна из печатей больно ударила по пальцам, но я уже разворачивала послание. Едва вчитавшись в первые строки, удивленно подняла глаза, и пытливо взглянула на терпеливо дожидающегося моего внимания, севаста. — Что это?
— Это помилование, — серые глаза эльфа смотрели спокойно.
— От кого?
— Посмотри подпись.
Развернув полностью пергамент, только и смогла, что приподнять бровь в удивлении. Бумагу венчала не совсем для меня привычная подпись: князь Сурэо Минатра Танко. Дошло до меня только раза с третьего. Отпустив нижний край документа, и дав ему свернуться, медленно подняла глаза на посланника:
— А Ахоор?
— Смещен общим советом и отстранен от реальной власти. — Ответили мне.
— Значит смещен? — Я сосредоточенно побарабанила пальцами по краю трубочки, в которую превратился пергамент. — Неожиданно, но предсказуемо. За помилование спасибо, — я кивнула в сторону послания, которое крутила в ладонях, — только у Ахоора сейчас развязаны руки. Я рада за Сурэо, он это заслужил.
— Фатха, — севаст выпрямился, а до меня дошло, что он до одури напряжен, — у меня к тебе не совсем обычное предложение.
— Да? — Я тоже насторожилась.
— Ты правильно сказала, князь Ахоор не остановится, пока не отомстит, — эльф перевел дыхание, прежде чем продолжил говорить, — я приехал, чтобы остаться с тобой.
— Со мной? Я не беззащитная жертва. — Вспыхнула мгновенно. Никогда не терпела, когда меня пытались принижать из-за принадлежности к женскому полу, хотя это в среде эльфов встречалось не так уж и часто.
— Я об этом и не говорю, — полукровка передернул плечами, видимо предвидя мою подобную реакцию на свое предложение, — только сейчас ты осталась в довольно незавидном положении.
— А ты предлагаешь покровительство. — Я скептически приподняла бровь, наблюдая за попытками севаста высказаться предельно ясно и понятно.
— И защиту, — эльф не стал скрывать свои истинные намерения и выдавать их как за бескорыстную помощь ближнему. — У тебя будут равные права. Пусть номинально мое положение выше и реальнее.
— Хм, — положив помилование рядом с собой, я скрестила руки на груди, задумчиво уставившись на севаста.
Никогда не считала себя особенно благородной и понимала, мне придется принять предложение эльфа, если я желаю выжить. Тем более князь Ахоор именно не остановится, пока не отомстит мне за срыв столь необходимой ему операции. А еще неподалеку обретаются Хойсор и Браслау, совершенно не удовлетворенные окончательными результатами. Ни один из них не признал того, что находился под полным контролем колдуна Ашана и действовал по чужим указкам.
— Отлично, я принимаю твое деловое предложение, — к севасту я питала не только дружеские чувства, так что ужиться сумеем.
