- Да тебя никто не обвиняет, - торопливо добавил Иваныч. - Просто ты утром приходил, по камерам в холле видно. Всех допрашивают, ответишь на пару вопросов и пойдешь, давай, - и начальник положил трубку.
- А…, – но в трубке уже прозвучал сигнал отбоя. Рот Андрея так и остался открытым, он не успел задать шефу вопрос про свой кабинет и то, что произошло утром.
Дорога до работы была какой-то неприятно длинной. Припарковавшись рядом с полицейской машиной, Андрей отправился сразу наверх в свой кабинет.
- Так-так, Андрей Васильевич Пронин, значит, - сказал следователь и задал стандартный вопрос: что вы сегодня утром здесь делали?
Балансируя на острой грани собственных знаний о себе и тех, что вырисовываются теперь, Андрей осторожно сказал, что пришел к себе на работу. Как всегда.
- Вы как обычно просто пришли и вошли в кабинет? - спрашивал следователь.
Обычного ничего не было, но не рассказывать же об этом полиции.
- Да, все как обычно.
- У вас есть доступ в кабинет?
Андрею пришлось быстро соображать что ответить. После повышения этот кабинет стал его личным, но и до этого момента у него всегда был ключ как от него, так и от сейфа. Ребята, да и сам шеф, часто складывали туда сертификаты на продукцию, маршрутные листы и бланки задач - все то, что постоянно нужно.
- Да, есть, - ответил он на вопрос.
Следователь попросил его связку рабочих ключей. Андрей, не задумываясь, протянул, куда же деваться. А когда связка оказалась в руках у следователя, Андрея бросило в жар: «А ключи-то от сейфа-то у меня!»! Они всегда были на его связке и сейчас висят там. Маленький приметный ключ, он не такой, как от кабинета, его сразу видно. Андрей каждый день открывает им сейф, ведь там хранятся не только деньги, но и ценные бумаги компании.
На кабинетный ключ следователь не обратил никакого внимания, а вот к ключу от сейфа, самому маленькому из всей связки, следак придрался сразу.
- А это что, - задал вопрос он и посмотрел на Андрея так, словно тот уже обвинялся во всех смертных грехах.
Пока Андрей на ходу соображал, что же ответить, пара вошедших коллег принесли какие-то бумаги и один из полицейских с ними заговорил. Неловкая тишина была нарушена.
- Нет, ключ не подходит, - сказал следователь, попытавшись этим маленьким ключом открыть сейф. Если бы он сейчас посмотрел на Андрея, то, наверное, их обоих можно было бы выставить как странные экспонаты где-нибудь в музее современных искусств. Но, на счастье, следователь даже не обратил никакого внимания на выражение его лица. Так что у Андрея было несколько секунд, чтобы привести в порядок орбиты глаз.
Зачем-то сделав фото этого маленького ключа, следователь отдал связку Андрею и дал ему заполнить бланк со стандартными вопросами. Облегченно выдохнув, Андрей сел и потянулся за ручкой, чуть было не укатившейся со стола.
Из кармана брючины что-то выпало, наверное, мобильный, но возглас полицейского заставил Андрея насторожиться:
- Вот это да! - и кто-то даже присвистнул, - не может быть!
С интересом оборачиваясь, Андрей отметил, что полицейские смотрят на пол, а вошедший коллега - в упор на него. Глаза сотрудника выражали непонимание и осуждение, а кто-то из-за его спины посмотрел на Андрея встревоженно, но в то же время с сочувствием.
- А что это мы прятали все это время в кармане брюк? - спросил полицейский, рассматривая выпавшую штуковину.
Андрей уж было подумал, что из его брюк выпала граната и вот-вот взорвется. Но на полу лежала та самая зажигалка, увесистая, с противным царапающим черным камнем.
- Золотая, с черным камнем по центру, - это она? - и следователь поднял зажигалку с пола, а Андрей ощутил на своих руках прохладу уже другого металла. Щелчок наручников и его запястья оказались скованы. - Чистейшее золото, драгоценный камень по центру - как его там, черный бриллиант, говорите, - обратился следователь к присутствующим, но ему никто ничего не ответил. Валерия Ивановича не было в кабинете, а все остальные предпочитали молчать.
- Да подождите вы, это Сева дал мне закурить, зажигалка его, - но эти слова, казалось, исчезли в воздухе. Откуда-то в проеме кабинета возникло с десяток лиц коллег. Одни перешептывались, другие кивали головами (почему-то в этот момент они напомнили ему машинный брелок - собачку, которая кивает просто от того, что едет по неровной дороге).
