Захвачена Братвой полностью

Мое дыхание учащается, мои пальцы двигаются быстрее, и я чувствую, как напряжение сжимается во мне все сильнее. Фантазия о Кирилле, его доминировании, его непоколебимом контроле подталкивают меня ближе к краю. Я представляю, как его голос, твердый и успокаивающий, ведет меня по волнам удовольствия. — Кончи для меня, — говорил он, и я делала это, мое тело подчинялось каждому его приказу.

Освобождение интенсивное, волна удовольствия, которая обрушивается на меня, оставляя меня бездыханной и дрожащей. Я тихонько вскрикиваю, мое тело выгибается на кровати, когда я плыву на волнах своего оргазма. На мгновение все, о чем я могу думать, это Кирилл, его голос, его прикосновения и то, как он заставляет меня чувствовать.

Когда ощущения начинают угасать, я падаю обратно на кровать, мое дыхание становится прерывистым. В комнате тихо, единственным звуком является биение моего сердца и слабый шелест простыней. Я чувствую смесь удовлетворения и замешательства, мой разум пытается осознать интенсивность моих чувств к Кириллу.

Я знаю, что не должна так к нему относиться. Он опасен, человек, живущий в мире насилия и власти. В нем есть что-то, чему я не могу противиться, что-то, что притягивает меня, несмотря на опасность.

Пока я лежу там, мое тело все еще покалывает от толчков, я пытаюсь все это осмыслить. Кирилл — загадка, человек, который одновременно ужасает и завораживает меня. Я не знаю, что готовит мне будущее, но я не могу отрицать вожделение, которое я к нему испытываю, тягу, которая продолжает тянуть меня назад.

Как раз когда я начинаю погружаться в дымку расслабления, внезапный стук в дверь пугает меня. Мое сердце подпрыгивает к горлу, и я быстро сажусь, натягивая на себя одеяло.

— Мисс Харрисон, вы в порядке? — Это один из телохранителей, его голос приглушен дверью.

Меня охватывает смущение. Неужели я была такой громкой? Я прочищаю горло, пытаясь сделать голос ровным. — Да, я в порядке, — кричу я, надеясь, что он оставит все как есть.

— Вы уверены? — настаивает он. — Вам нужно, чтобы я вошел?

— Нет! — быстро говорю я, мои щеки горят. — Я в полном порядке. Просто, гм, мне приснился плохой сон. Теперь я в порядке. Спасибо.

Пауза, затем я слышу, как он отступает вниз по лестнице. Я выдохнула, хотя и не осознавала, что затаила дыхание, мое лицо все еще пылает от смущения. Последнее, что мне сейчас нужно, — это телохранитель, который врывается.

Я выскальзываю из кровати, ноги все еще немного трясутся, и направляюсь в ванную. Мне нужно остыть, прочистить голову. Душ, долгожданное облегчение, прохладная вода смывает остаточный жар с моей кожи. Я стою под струей, позволяя ей успокоить мои измотанные нервы, мои мысли все еще представляют собой беспорядочный беспорядок эмоций и желаний.

Пока вода льется на меня, я пытаюсь отогнать мысли о Кирилле, но это бесполезно. Его лицо, его голос, то, как он смотрит на меня, все это запечатлено в моем сознании. Я не могу этого избежать, как бы ни старалась.

Через несколько минут я выключаю душ и выхожу, обматываясь полотенцем. В ванной пар, зеркало запотело. Я провожу по нему рукой, мельком замечая свое отражение. Глаза у меня немного дикие, щеки все еще румяные. Я качаю головой, кривая улыбка дергает мои губы.

— Соберись, Вайолет, — бормочу я, доставая из ящика свежее нижнее белье. Я надеваю его и натягиваю чистую ночную рубашку, прохладная ткань приятно ласкает кожу.

Вернувшись в свою комнату, я забираюсь в постель, чувствуя, как меня снова охватывает усталость. События этой ночи, интенсивность моих чувств к Кириллу, все это тяжким грузом лежит на мне. Но пока я лежу там, я знаю, что мне нужно отдохнуть, восстановить силы для всего, что будет дальше.

Я закрываю глаза, медленно выдыхая. В доме сейчас тихо, ночь окутывает меня, как одеяло. Я знаю, что телохранители все еще там, наблюдают, защищают. Это странное утешение, просто знать, что они снаружи.

Когда я начинаю засыпать, мысли о Кирилле снова заполняют мой разум. Его голос, глубокий и властный, его глаза, пронзительные и интенсивные. Интересно, что он делает прямо сейчас, думает ли он обо мне тоже. Эта мысль одновременно захватывающая и ужасающая.

Сон наконец-то овладевает мной, моя последняя сознательная мысль, шепот его имени — Кирилл. Человек, который перевернул мой мир с ног на голову, который зажег во мне огонь, который я не могу игнорировать. Что бы ни готовило будущее, я знаю одно наверняка, моя жизнь никогда не будет прежней.

Я откидываюсь к стене, наблюдая, как Дмитрий и Иван играют в бильярд. Тусклое освещение клуба отбрасывает тени на их лица, подчеркивая их сосредоточенные выражения. Иван нацеливает свой удар, его движения плавны и рассчитаны, в то время как Димитрий ухмыляется, всегда готовый к остроте или шутке. Я лезу в карман и вставляю AirPod в ухо. Я уже некоторое время ничего не слышал от своей малышки, и это начинает меня грызть.