Заклятие сатаны полностью

Но дело не только в этом. Студент может представить работу, в которой, на первый взгляд, все в порядке (так оно и есть), но которую он скопировал прямо из интернета, используя технику «вырезать и вставить». Я не считаю это трагедией, хорошо копировать – непростое искусство, освоивший его студент имеет право на положительную оценку. С другой стороны, даже когда интернета не было и студенты могли списывать с книг в библиотеке, это не меняло сути дела (разве что требовало больше ручного труда). Наконец, хороший преподаватель всегда заметит, что текст скопирован кое-как, и догадается, в чем дело (повторяю: если текст скопирован с умом – снимаю шляпу).

Тем не менее я считаю, что существует весьма действенный способ использовать недостатки интернета в педагогике. Дайте в качестве упражнения в классе, на дом или курсовой следующее задание: «Найти на тему N выложенные в интернете недостоверные сведения и объяснить, почему они недостоверны». Подобное задание требует критического взгляда и умения сопоставлять источники – так студенты потренируются в искусстве отбора.

В прошлую субботу на страницах Corriere della Sera завязалась полемика, лишь на первый взгляд носящая расслабленный летний характер. Все началось с напечатанного в Liberazione интервью Нанни Балестрини[122]: Балестрини, не обходящийся без провокаций даже в возрасте патриарха и сетующий на то, что издатели перестали печатать поэзию, заявил, что теперь, к счастью, есть интернет, где можно распространять стихи любых поэтов. Видимо, Балестрини имеет в виду как сайты, где собраны стихи знаменитых авторов, так и сайты, где печатаются начинающие. Признавая, что ориентироваться в подобном изобилии отнюдь не просто, он перечисляет несколько надежных сайтов.

При опросе других поэтов и критиков возникли три основных возражения. Первое (на мой взгляд, справедливое): даже если некоторые издательства закрыли поэтические серии, это не означает, что стихи больше не публикуют, книги известных поэтов (я имею в виду современных авторов, а не классиков) расходятся тиражом десять тысяч экземпляров. Второе возражение (тоже вполне справедливое) заключается в том, что жаждущей прославиться молодежи открыты альтернативные пути – журналы, фестивали, публичные выступления. Третье возражение – в том, что, как сказал один поэт-лауреат, «если искать в интернете стихи, найдешь кучу хлама, душевные излияния деревенских дурачков; блоги ведут в основном эксгибиционисты. Куча мусора, и ничего дельного»[123].

Последнее возражение справедливо, потому что в интернете действительно можно найти что угодно, но оно требует дальнейших размышлений. Верный заветам Фомы Аквинского, выслушав разные мнения, я пытаюсь составить respondeo dicendum quod[124]. Разумеется, поэтические серии и прочие места, где встречаются и слушают друг друга сочинители и читатели стихов, по-прежнему крайне необходимы как для молодых поэтов, так и для молодых читателей.

Для первых – потому что там их могут критиковать, отбирать и, скажем прямо, им могут посоветовать сменить профессию (что и происходит с большей частью девяноста процентов грамотных человеческих существ, которые рано или поздно пытаются писать стихи), если им лучше заняться сельским хозяйством. Для вторых – потому что они находят тех, кто обеспечивает им «фильтр» и гарантию. Влюбленный в поэзию юноша, как правило, принимает за хорошие стихи то, что ими не является, то, что списано с других хороших стихов, в то время как, покупая книгу из престижной поэтической серии, он знает, что настолько, насколько можно доверять основанным на вкусе суждениям, то, что он читает, одобрено кем-то, кто предположительно обладает натренированным нюхом.

Помню лицейские годы, проведенные в провинциальном городке, где я в лучшем случае добывал книжки из серии Specchio издательства Mondadori, зато каждую неделю читал La fiera letteraria[125]. Там была рубрика, в которой (как в других журналах рубрика писем читателей о делах сердечных) печатали короткие отрывки из присланных поэтических сочинений, сопровождавшиеся словами похвалы, одобрения, исправлениями или беспощадной критикой. Все определялось принятыми в то время критериями суждения о поэзии и вкусами рецензента, но для меня это стало ценным уроком критики, призывом оценивать стиль, а не добрые чувства. Первым результатом (за который отечественная словесность должна быть благодарна La fiera letteraria) стало то, что я выбросил собственные вирши в мусорную корзину.