– Да, – кивнула она. – Знаки одной из масонский лож. А раз так, Полдневников не мог не разобраться, что за книги попали ему в работу – книги Новикова, одного из самых почитаемых русских масонов – и, естественно, к этим книгам он должен был отнестись очень бережно, не дать им пропасть. И я стала разыскивать потомков Полдневникова. Хоть что-то они должны знать? К сожалению, они не знали ничего. Тогда я попробовала поставить себя на место Полдневникова. Вот революция, хаос… Что он будет делать с книгами? Он их спрячет. Как он стал бы это делать, какие тайники изобретать?
– Я бы проглядел все, что когда-либо появлялось в печати о масонских ритуалах, – предположил я. – У них ведь много связано с понятиями “спрятать”, “скрыть”, и даже устанавливаются довольно определенные пути, как это делать. По крайней мере, это помогло бы понять ход мыслей Полдневникова…
– И это тоже, – согласилась она. – Я и эту работу проделывала, как вспомогательную. Но прежде всего, я опять обратилась к книгам. По-моему, я более-менее продемонстрировала вам, что книги не случайно выстраиваются в определенном порядке и получают определенные номера. Попробуйте как-нибудь сами составить картотеку вашей библиотеки, по алфавиту и по темам и разделам, и вы увидите, какие удивительные и многозначительные совпадения будут возникать, как цифры сами укажут вам путь к той книге, которая вам сейчас необходима.
– Вы, как я все больше убеждаюсь, верите в нумерологию, – сказал я.
– Это не нумерология, – возразила она. – Это то, что я называю для себя периодической системой книг, нечто очень похожее на периодическую систему элементов Менделеева. Да, есть условность в таком названии, но суть оно отражает точно. И, как Менделеев мог предсказывать, что должны быть элементы с такими-то и такими-то свойствами, которые еще предстоит открыть, так и я могу предсказывать, с достаточной степенью вероятности, что должны быть пустые места, которые следует восполнить такими-то и такими-то книгами. Вот вам еще пример из моей практики. Работая над обновлением каталожных списков, я обратила внимание, что возникает пустое место на пересечении разделов “Действенные искусства” и “Технические справочники”. Как я разглядела это пустое место, подробно рассказывать не буду, чтобы не утомлять вас лишними цифрами и выкладками. Факт в том, что я начинаю анализировать, что должно быть на этом пустом месте, и понимаю, что его должен занять “Справочник по ремонту телевизоров в домашних условиях”. Я пишу заявку на такой справочник, который наверняка должен существовать. И что вы думаете? Двух дней не проходит после получения этого справочника и с центрального библиотечного распределителя, как заходит к нам мужчина и интересуется, нет ли у нас какого-нибудь руководства по ремонту телевизоров в домашних условиях. И выясняется, что с каждым днем эта книга становится все нужней, потому что ремонтный сервис в нашем городе и на низком уровне, и стоит дорого, вот и появляются умельцы, которые и возьмут дешевле, и сделают лучше. Но этим умельцам надо постоянно обновлять и улучшать свои знания техники… Моя система сработала!
– Интуиция, – сказал я. – Мне кажется, что вы, с вашим знанием читательского спроса, могли бы вычислять подобные вещи, и не прибегая к сложным и, извините, в какой-то степени сомнительным расчетам.
– Вы еще убедитесь, надеюсь, что они совсем не сомнительны, – сказала она. – Но…
– Но давайте вернемся к вашим поискам! – быстро сказал я. – Мне безумно интересно!
– Я решила вернуться к тому, с чего все начиналось. К “Ночи на гробах” Шихматова и к Юнгу. И все оказалось очень просто. Вот номер Шихматова, данный при перерегистрации 1927 года. Ф-1А. 22.6.Ш41. Я решила поглядеть, кому по регистрационным номерам 1927 года принадлежало сорок первое место на двадцать вторых шкафах шестых полках в других фондах. Я все фонды перебрала. И вот я обнаруживаю, что в фонде новых поступлений, Ф-ОН, шестая полка двадцать второго шкафа принадлежала букве “М”, а сорок первое место – это поэма Маяковского “Хорошо!”, самое первое ее издание.
– При чем тут Маяковский? – изумился я.
–Я тоже сперва не понимала. Но все же решила перелистать книгу. И прямо ахнула! Вы помните то место, где Маяковский встречается с Блоком?
– Погодите!.. – я тоже начал понимать. – Он встречает “мертвого”, в смысле, совершенно убитого горем и раздавленного, Блока, который сообщает, без всякого выражения: “Сожгли мою библиотеку!” Так?
– Совершенно верно. И обратите внимание на это совпадение: Блок говорит о сожженной библиотеке, а я разыскиваю библиотеку, составленную из якобы сожженных книг Новикова! Ладно, пошли дальше. Как называлось имение Блока, в котором разбушевавшиеся мужики сожгли его бесценную библиотеку?
– Шахматово.
