Пока дверь не закрылась достаточно плотно, Высшая Ведьма вынуждена была молчать. Подрывать авторитет Лиары Первой, когда тут столько лишних ушей, она не собиралась, прекрасно осознавая, что для неё же потом такой поступок обернётся проблемами. Вот только молчать и просто наблюдать за всем этим Тэзра тоже спокойно не могла — нет, только не тогда, когда госпожа Эрроканская старательно рушит то, над чем они столько лет трудились!
Тэзра молча изучала взглядом пол. Мраморные прожилки, что сползались к трону, прежде казались ей просто красивым украшением зала, а вот сейчас она внезапно впервые в своей жизни предположила, что и они могли оказаться свидетельством волшебства королевы. Почему-то Высшая Ведьма никогда не акцентировала внимания на том, есть ли тайные, похожие на молнии знаки на мраморных плитах, когда Лиара не в тронном зале, не восседает на своём престоле. Может быть, Тэзра была просто недостаточно внимательной, однако беспокойство от глупого осознания никуда так и не пропало. Спросить, что ли, Лиару?..
Но дверь наконец-то захлопнулась — причём довольно плотно. Лиара, правда, не спешила заводить разговор — она смотрела куда-то в окно.
— Столько проблем, — выдохнула она. — Сначала куда-то запропастилась Эрла, а теперь ещё и мама… Остались только её старые наряды, груда на полу, — королева сложила пальцы в некое подобие пирамиды и теперь смотрела на искорку волшебства, что зародилась между её ладонями. Та билась, словно в клетке, и стремилась выйти на свободу, старательной синевой вырываясь из своего почти добровольного плена.
— Почему ты не сказала мне, что пригласила новую волшебницу из Вархвы? Ведь я Высшая Ведьма, я должна знать, — Тэзра сегодня не была настроена выслушивать пространственные речи Лиары относительно её несчастной судьбы и тяжёлой доли. Казалось, она прямо-таки пылала презрением и раздражением по отношению к королеве. — Я даже не знаю, как её зовут!
— Их, — равнодушно выдохнула Лиара, словно Высшая Ведьма превратилась для неё в банальную служанку, что посмела только что перешагнуть через какую-то черту. — Я пригласила трёх молодых волшебниц.
— И как их зовут? — строго поинтересовалась Тэзра.
— Ты бывала в Вархве, тебе лучше знать, — пожала плечами женщина. — И я никак не могу понять, почему моя же подчинённая отчитывает меня, словно маленького ребёнка, перевернувшего любимый матушкин сервиз. Тебе надо поучиться у молодёжи уважению, Тэзра, иначе это не закончится добром.
…Это началось уже давно. Холодность, равнодушие, попытки поставить её на место или, может быть, банальное презрение, но точно назвать это, увы, Тэзра не могла. Обозначенные черты между подругой и подчинённой внезапно стали наведены двойной линией. Высшая Ведьма всё ещё делала очень многое для государства, да и власти у неё было почти столько же, сколько и у самой королевы, но каждый раз она ловила себя на мысли, что что-то пошло не так. Сказать, что именно это было, женщина не могла, но знала, когда это началось.
Когда Моника Лэгаррэ отправилась по королевскому заданию — и когда пропала принцесса Эрла, естественно. Тогда Тэзра впервые в жизни сказала лишнее и моментально исправила свою ошибку, но… Да, Мон забыла обо всём, что случилось, и у королевы не было ни единого источника, из которого она могла бы узнать об этом, вот только что-то подсказывало Высшей Ведьме Кррэа, что так просто победить не получится. Но она же радеет за общее дело! Даже сама королева не приносит столько пользы государству, как Тэзра.
— Я должна их увидеть, — Высшая Ведьма выпрямилась и двинулась было к выходу.
— Нет, — остановила её коротким возгласом Лиара. — Ты останешься. С молодыми ведьмами можно будет поговорить после того, как мы решим основные государственные проблемы. Или ты считаешь, что нет ничего важнее?
— Как скажешь, — Тэзра вернулась на своё место. Она знала, что Лиару всегда раздражала эта фраза — она всех раздражала, подразумевая под собой что-то большее. “Как тебе будет удобно” — вот ещё один способ отравить отношения с человеком. А Богиня его знает, как будет удобно, но ведь есть польза общего дела, есть задания, есть правила… Никогда — ни с подчинёнными, ни с теми, кого она считала другом, Тэзра не пользовалась этой фразой. Очевидно, сегодня, нарушая внутреннее короткое правило, она подвергала себя опасности, но что поделать, если нет больше методов спорить с Лиарой — да так, чтобы в этом споре потом победить. Она слишком могущественна, слишком сильна, слишком Королева, чтобы люди имели полное право спорить с нею.
— Прелестно, — кивнула Лиара. — Я рада. Спустя несколько минут у меня будет приём, надеюсь, ты останешься тут.