Это был не первый раз, когда меня вытащили из постели ради важной миссии. Однако, это был первый раз, когда я подверглась такому личному допросу.
— Ты девственница?
— А? — я потерла сонные глаза на всякий случай, чтобы убедиться, что это не какой-то странный сон, который сейчас исчезнет.
Моя учительница по истории, миссис Тервилигер наклонилась ближе и повторила свой вопрос уже шепотом:
— Я спрашиваю, девственница?
— Гм, да…
Я полностью проснулась и теперь с беспокойством оглядывала вестибюль моего общежития, убеждаясь, что вокруг не было никого, кто бы мог стать свидетелем этого сумасшедшего обмена репликами. Мне было не о чем беспокоиться. Помимо уныло смотрящегося стола с дежурным, стоящего в дальнем конце комнаты, в вестибюле никого не было, наверное, потому, что ни один здравомыслящий человек не будет стоять там в это время ночи. Миссис Тервилигер разбудила меня телефонным звонком пять минут назад, требуя встретиться с ней здесь, по вопросу "жизни и смерти". Ее допрос о моей личной жизни, было не совсем тем, что я ожидала.
Она шагнула назад и вздохнула с облегчением.
— Да конечно, ты девственница.
Я сузила глаза, не зная, должна ли я обижаться или нет.
— Конечно? Что это должно значить? Что происходит?
Она сразу же исправилась и поправила на переносице свои очки в роговой оправе. Они у нее, как всегда, съехали вниз.
— Нет времени на объяснения. Мы должны идти.
Она схватила меня за руку, но я удержалась и осталась стоять на прежнем месте.
— Мэм, сейчас три часа утра!
И затем, чтобы она поняла всю серьезность ситуации, я выпалила:
— Вся школа спит!
— Неважно.
Она повернулась в сторону стола дежурного и крикнула через комнату.
— Сидни Мелроуз со мной. Миссис Вэзерс может поспорить со мной по поводу комендантского часа завтра.
Дежурная посмотрела на нее удивленно, но она была всего лишь простой студенткой колледжа, нанятой, чтобы дежурить ночью. Она была не чета грозной миссис Тервилигер с ее высоким ростом, долговязой фигурой и птичьим лицом. Единственным препятствием, удерживающим девушек в общежитии, был охранник снаружи, но он просто кивнул по-дружески, когда миссис Тервилигер протащила меня мимо него. Это заставило меня задуматься о том, как много девушек, она вот так похитила среди ночи.
— Я в пижаме, — сказала я ей.
Это был последний протест с моей стороны, когда мы подошли к стоянке. Она ездила на фольксвагене-жуке, на боках которого были нарисованы цветы. Так или иначе, это меня не удивило.
— С тобой все будет в порядке, — сказала она, доставая ключи от машины из своего большого вельветового кошелька.
Вокруг нас была холодная и тихая пустынная ночь. Высокие пальмы создавали тень, которая имела форму паука на фоне неба. А за ними полная луна и сверкающие звезды. Я обхватила себя руками, касаясь мягкой ткани моего полиэстерового халата. Под ним я была одета в длинную полосатую пижаму с парой пушистых бежевых тапочек. Этот ансамбль смотрелся хорошо в моей уютной комнате в общежитии, но не совсем практично для ночного Палм-Спрингс. Вообще, выходить в пижаме куда-либо не практично.
Она открыла машину и я осторожно села внутрь, стараясь отодвинуться от пустых бумажных кофейных чашек и старых выпусков "Uthe Reader". Такие грязные условия были мне неприятны, но в данный момент они волновали меня меньше всего.
— Миссис Тервилигер, — сказала я, когда мы ехали по пригородным улицам. — Что происходит?
Теперь когда мы покинули общежитие, я надеялась что она начнет говорить разумные вещи. Я не забыла её фразу про "вопрос жизни и смерти" и начинала нервничать.
Ее взгляд был обращен на дорогу впереди нас и на ее лице отражались признаки беспокойства.
— Мне нужно, чтобы ты произнесла заклинание.
Я застыла и попыталась переварить её слова. Не так давно подобная просьба вызвала бы у меня волну протеста и приступы отвращения. Не то, чтобы я спокойно к этому относилась сейчас. Магия всё еще пугала меня. Миссис Тервилигер днем преподавала в моей частной школе Амбервуд, а по ночам занималась колдовством. Она сказала что я тоже обладаю естественными способностями к магии и умудрилась обучить меня некоторым заклинаниям, не смотря на мои протесты. У меня было несколько причин чтобы избегать всего тайного. Кроме врожденных убеждений, что магия является чем то неправильным, я просто не хотела ввязываться в еще больше сверхъестественных дел, чем я должна. Я и так являлась частью секретного сообщества, которое держит существование вампиров в тайне от мира людей. Этого, и моей школьной жизни, было достаточно для того, чтобы мне было чем заняться.
Тем не менее, её магическая подготовка в последнее время помогала мне выбираться из опасных ситуаций, поэтому я больше не отказывалась от неё так быстро. Так что её предложение поколдовать было не самой странной вещью.
— Зачем Вам понадобилась я? — спросила я. Машин на улице было мало, но иногда фары проезжающих машин бросали призрачный отсвет на нашу машину. — Вы в миллион раз могущественнее меня. Я не могу сделать и доли того, что можете Вы.
