— Возраст твой никуда не денется. Накину на нас обоих иллюзию — и все дела.
— Типа как в тот раз, когда ты в образину превратился? — по лицу Макса было видно: мой недавний розыгрыш оставил у него не самые приятные воспоминания.
— Ага.
— Но на сей раз без образин? Просто сделаешь себя и меня постарше? И посимпатичнее можно? Хотя бы меня.
— Угу.
— Ну, — Макс расплылся в довольной улыбке, — тогда действуй. Ух-х… — он с коварным видом потер руки, — чувствую, вечерок у нас будет отпадный!
К «Оазису», фиолетовой двухэтажке из стекла и бетона, расположенной в конце старого парка, мы с Максом подошли ближе к полуночи.
— Блин, — друг заметно нервничал, глядя на небольшую очередь у входа в заведение. — Леха, а точно все получится?
— Получится, — ответил я. — Если дергаться перестанешь.
Макс кивнул, однако нервничать не прекратил. Сейчас мы стояли под сенью деревьев и наблюдали за тем, как двое амбалов в черных костюмах «фильтруют» желающих полюбоваться на голых танцующих красоток. Только что они развернули поддатую и не очень респектабельно одетую компанию из троих человек, и те шли прочь, время от времени оглядываясь, матерясь на охранников и показывая неприличные жесты.
Двое магов-шпионов тоже находились неподалеку, и, глядя на них, я понял, что сходить в стриптиз-клуб — довольно-таки неплохая идея. В конце концов, выгляжу я как семнадцатилетний пацан, а это гормоны, интерес к сладким запретным плодам, авантюрам, веселью и так далее. Поиграю немного в озабоченного подростка, может, наконец и отстанут.
— Ну что, — я повернулся к кусающему губы Максу, — пойдем?
— Да, давай, — нерешительно отозвался тот. — Когда будешь магию свою применять?
— Да прямо сейчас, — ответил я и зачерпнул из источника немного силы — так, чтобы хватило на иллюзию и для друга, и для меня самого.
— Ай! — почувствовав прикосновение магии, Максим отшатнулся и едва не запнулся о бордюр. — Ты бы хоть предупредил, что оно жжется!
— Это сейчас пройдет, не переживай, — усмехнулся я и оглядел друга.
Сейчас тот выглядел так, словно ему не семнадцать, а примерно двадцать четыре.
— Ого, — выдохнул Макс, глядя, в свою очередь, на меня. — Ты реально повзрослел. Охренеть. А я? Я как выгляжу?
Не дожидаясь ответа, он вытащил телефон, включил камеру и стал внимательно себя изучать.
— Ва-ау! — протянул друг, поворачивая голову вправо-влево. — Крутяк!
— Ну вот, а ты боялся. И жжение должно уже пройти.
— Ага, прошло, — кивнул Макс и замер, задумчиво разглядывая себя на экране телефона. — Слушай, а волосы мне можешь выпрямить? Задолбали уже эти кудряшки дебильные.
— Давай-ка уже пойдем, — я слегка подтолкнул друга вперед. — Иллюзии — штука сложная, есть риск, что все пропадет, если начать что-то исправлять.
Вскоре мы стояли под строгими сканирующими взорами амбалов, и Макс разволновался с новой силой.
— Здравствуйте, — робко выдавил он, явно готовый в любой момент развернуться.
— Добрый вечер, — кивнув, пробасил один из здоровяков и провел перед нами металлоискателем. — Можете проходить.
Друг еще больше растерялся, и мне вновь пришлось его подталкивать. Затем мы оплатили вход, получили печати на запястье, преодолели узкий коридор и оказались в святая святых стриптиз-клуба. Здесь уже вовсю шло веселье, и Макс, завороженно глядя на пару красавиц у шестов, не выдержал и прошептал:
— Леха, это самый счастливый день в моей жизни…
— Лицо только попроще сделай, — ответил я, отмечая, что приставленные ко мне наблюдатели тоже прошли фейс-контроль. — И вообще, такими словами лучше не разбрасываться. Пусть твой самый счастливый день еще случится. А самый худший… уже случился.
— Да ты прям философ, — Максим с удивлением повернулся ко мне, но спустя мгновение вновь впился глазами в стройную девицу у пилона, на которой оставались только крохотные трусики и чулки. — Но бли-ин, как же охрененно. Интересно только, когда наша дорогая Алина появится?
— На сцене она точно не появится, — уверенным тоном произнес я и улыбнулся: шпионы Елистратовой расположились в другом конце зала. Значит, если действовать осторожно, то я вполне могу продолжить свое излечение. Работы было еще очень много, и тратить время попусту я не желал.
— Думаешь, приваты? Может, тогда… это… — друг одарил меня нерешительным взглядом. — Ты же говорил, что деньги есть.
— Приваты твоя Алина тоже не исполняет, — сохранять невозмутимое выражение лица становилось все сложнее.
— Да с фига ли ты такой уверенный? — не выдержал Макс.
— А ты оглянись. Сфокусируй свой ошалелый от красоты взгляд на барной зоне — и сразу все поймешь.
Максим сделал, как я велел, и вскоре действительно понял, что к чему.
— Твою же ж мать… — даже не пытаясь скрыть досаду, произнес он. — Так она что, барменшей тут работает?
— Как видишь, — я пожал плечами. — Только тогда уж не барменшей, а барвуменшей. У тебя же с английским вроде все более-менее.
— Бля… — друг задумчиво покачал головой. — А я-то думал…
