Яркий свет на мгновение ослепил Алеса. Он по инерции сделал несколько быстрых шагов к центру зала и огляделся. Чувства, захлестнувшие его в следующий момент, полностью вытеснили ненависть и злость. Растерянность, а следом за ней разочарование и опустошенность.
Его обступили вооруженные винтовками заклинатели в темно-синей форме. Догадаться об их сущности по росту, внешности и выправке было не трудно.
— Швейцарская гвардия, с тоской выдохнул Новак.
Заклинателей было куда больше, чем он предполагал, направляясь сюда. И ни один из них не являлся его целью.
— Вероятно, вы ожидали встретить здесь кого-то иного? — по-немецки произнес одетый в штацкое мужчина, возрастом заметно старше остальных. — Весьма наивно с вашей стороны. В Ватикане нынче не спокойно. Их Святейшества отбыли еще вчера. Для подобных вам, они не доступны, прочем, как и всегда.
Он сделал паузу, чтобы подчеркнуть последнюю фразу, а затем, смягчившись, продолжил.
— Нужно отдать вам должное. Вы проделали очень долгий путь. Все это время мы следили за вами, ваша выдержка весьма впечатляет. Но в конце концов, кто вы такой, чтобы противостоять силе Конклава?
Вопрос был риторическим, но именно он послужил ключом к разгадке. «Помни о том, кто ты», — так сказала Невена. Теперь Алес понял что она имела ввиду. И даже больше, он осознал то, что пытались донести до него все те люди, с которыми столкнула его судьба во время его поисков.
— Я — Заклинатель, — с гордостью произнес Новак, впервые в жизни каждой толикой сознания ощущая, что значит быть таковым.
— Как идеалистично. Хотя, думаю, вашей вины в этом нет. Современные массмедиа переполнены историями об одиноких героях, спасающих мир. Я почти уверен, что в будущем появятся еще юнцы, одержимые основной идеей этих историй. Но для вас все закончится сегодня. Пришло время, наконец, смириться со своей участью и раскаяться.
— Раскаяться? — задумчиво повторил он. — Да, вы правы. Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Боже, в день сей желаю примириться с Тобой. Прости мне неправоту мою, несправедливость мою, пристрастность мою, мой эгоизм и грехи. Прости меня, Боже, молю Тебя, и дай мне возможность исправить всякое зло, ради памяти предков моих, дабы мудрость их не угасла вовеки. Преклоняю колени пред величием твоим и произношу: метания (4)
Мало кто знает о том, что на самом деле случилось в тот день. Но многие в мире утверждают, что внезапно ощутили, как их поглотила волна неизвестной силы, обнажившей перед собственным взором все постыдные мысли и дела. Под их тяжестью люди падали на колени и молили своих богов о прощении. Молили до тех пор, пока в сердцах не осталось ничего, кроме умиротворения.
___________________________________________
(1) Танатос θάνατος (греч.) — смерть;
(2) Периспазмос περισπασμός (греч.) — рассеянность;
(3) Санитатум sanitatum (лат.) — исцеляющий;
(4) Метания μετάνοια (греч.) — раскаяние.
История циклична. Проблема, с которой Алесу не без посторонней помощи удалось справиться почти двадцать лет назад, вновь была актуальна. Его заклинание, в буквальном смысле поставившее на колени всю Европу и значительную часть Азии, заставила позитивов пересмотреть свою политику в отношении негативов. Однако на это заклинание он потратил большую часть своей жизни, и теперь, в свои сорок, был лишь дряхлым стариком, не представляющим реальной угрозы для Конклава. А это значило, что не за горами был тот день, когда ревнители веры вновь нарушат договор о мире. Если откровенно, он испытывал страх и совершенно не представлял, что будет делать, когда этот день настанет.
Но еще больше Новак боялся, что, так или иначе, на долю его сына выпадут те же испытания, доставшиеся ему самому. И хотя, Януш, в отличие от отца в юности, был достаточно силен и прилежен в учебе и тренировках, он казался совершенно далеким от политики и общественной деятельности. Причем дело было даже не в страхах или комплексах, просто в жизни юноши уже было занятие, имеющее главный приоритет. Под влиянием воспитания и вкусов своей матери он пристрастился к классической музыке и все свое свободное время посвящал игре на фортепьяно. На этом поприще он был весьма неплох, что доказывали множественные похвалы и награды от ценителей подобного рода вещей. Вот только отцу от этого легче не становилось.
Озадаченный этими мыслями мужчина вернулся к своему занятию. Но сколько бы ни искал, найти нужный документ не удавалось.
В зал вошел секретарь Новака Лешек Рудкевич. По его лицу Алес понял, что дело срочное и отлагательств не терпит. Подтверждая его догадку, секретарь дрожащим голосом обратился:
— Старейшина!
— В чем дело? — ровным степенным тоном проговорил Новак.
— Мне только что звонили из школы, где учится ваш сын, — спешно ответил секретарь. — И сообщили, что сегодня днем Януш пропал.
— Что значит, пропал? — сурово спросил старейшина, отложив документы в сторону.
— Его одноклассники утверждают, что видели, как он садился в светлый корвен с тонированными стеклами. С тех пор он не возвращался, и на телефонные звонки не отвечает.
