– Пойдем. – Она быстро, но нежно поцеловала дракона в горячие губы. – Все будет хорошо. Куда бы ни исчезла душа Джоанны, где бы сейчас ни был кристалл, куда бы ни отправился Красный Хранитель, мы преодолеем все. Как бы тяжело ни было, пока мы есть друг у друга, мы справимся.
– Обещаешь?
– Да. А пока давай поспешим, тебе еще подарок искать на день рождения твоего лучшего друга. Знал бы Натан, сколько денег за все жизни ты на него спустил!
– Не волнуйся, я еще возьму с него все, что он мне должен, – улыбнулся человек-дракон и обернулся на дом, где последний Видящий уже спал крепким сном.
«Возвращайся, Натан, мы все тебя очень ждем».
Город из обожженной красной глины дрожал в знойном мареве под палящим солнцем. Усталые путники долго не могли поверить, что перед ними танцевал не очередной манящий мираж, а один из главных торговых центров Северной пустыни. Раскинувшийся в самом ее сердце, он, в отличие от Карии, с большой охотой принимал гостей.
Караванщиков здесь не проверяли, не требовали разрешения на ввоз товара, лишь предупреждали, что в последнее время даже здесь, в Деоре, стало неспокойно. Похоже, в городе действительно царила какая-то тяжелая атмосфера. Это можно было понять по мечущимся по стенам обезьянам. Животные всегда чувствуют темную силу.
Я не собирался задерживаться в Деоре надолго. Может быть, всего на одну ночь. Но за этот короткий промежуток мне нужно было встретиться с членами нашей гильдии, узнать новости, пополнить запасы, и, честно говоря, очень уж хотелось поспать на мягкой кровати в каком-нибудь гостевом доме.
– Может, эти приматы так реагируют на меня? – вдруг спросила Джоанна, уловив мой взгляд, следящий за мелкими воришками всего блестящего.
– Не выдумывай. Ты прекрасно скрываешь себя. А демоны есть в любом городе. Ну или кто-то из заклинателей промышляет темной магией, так что не переживай, – ответил я и подстегнул Мару.
Мы пропускали в Деор большой караван верблюдов, из-за чего пришлось немного задержаться перед входом, и я позволил себе расслабиться и оглядеться по сторонам.
Раннее утро последнего весеннего месяца. Светлое безоблачное небо. Заспанные лица стражников и всех приезжих. Из-за стен города доносится аромат жасмина, перемешанный с острыми запахами специй базара.
– Смотри, – Джоанна указала рукой на бросившегося под копыта Мары маленького полосатого бурундучка.
Но беспокоиться было не о чем – моя лошадь аккуратно переступила через малыша так, что тот даже не понял опасности. Мы же тем временем наконец добрались до ворот города, на которых стража не обратила на нас, слава свету, ровно никакого внимания.
– Джоанна, постарайся ни с кем не пересекаться взглядами, – начал я. – Особенно с нищими. Они могут оказаться доносчиками или куда более опасными ребятами.
– Хорошо, – ответила девушка и поправила синий платок, закрывающий ее лицо.
– Даже монета в руках опытного убийцы может быть оружием.
– И все же не могу не сказать. За нами наблюдают прямо сейчас. Парень у ворот. Видел, как он держал руку?
– Да, вдоль тыльной стороны стилет. Я же говорю, не стоит расслабляться. Пока мы не окажемся на территории гильдии, мы здесь всем и каждому враги, как и они нам. Но как бы то ни было, попробуй все-таки хоть немного насладиться красотами Деора.
– Думаешь, меня тут что-то может заинтересовать? – недоверчиво спросила девушка, и я вспомнил, какой она может быть занудой.
– Я покажу тебе нечто красивое тут, – сказал я, подстегивая Мару, и увидел, как Джоанна посмотрела на лежащих вдоль домов прямо на земле мужчин, женщин, детей. Один из бедняков заметил взгляд Джоанны и тут же поспешил спрятать голову обратно под покрывало.
– Никогда не пойму, как так можно – жить на улице, – вздохнула моя спутница.
Мне нечего было ей ответить, да я бы и не успел. Прямо наперерез нам из одного из переулков вышла целая процессия людей, распевающих песни, видимо, с самого утра. Кто-то танцевал, кто-то даже ехал верхом на маленьком слоне. Девушки же, облаченные в прекрасные праздничные цветные сари, рассыпали прямо под ноги лепестки цветов.
– Фестиваль, – пояснил я Джоанне. – Похоже, в городе сегодня какой-то праздник.
– Наверное, – ответила девушка, наблюдая, как в храме неподалеку стали собираться люди.
– Душа человека бессмертна, и после смерти все души присоединяются к мировому абсолюту! – донеслось до нас все из того же храма. Видимо, кто-то читал проповедь.
– Джо, а поехали-ка туда, – предложил я. – За этим храмом находится широкий баоли[16], насколько я помню. Должно быть красиво.
