Я поспешил рассказать это Джоанне, но когда обернулся, то не нашел своей спутницы.
– Долго будем тут хурмой торговать?! Дайте проехать!
– Берите коня! Конь самого визиря! – доносились до меня разноголосые крики толпы.
Взобравшись на лошадь, я стал искать Джоанну. С высоты это было проще, и я сразу же увидел свою спутницу, стоящую у фруктового ряда.
Я подстегнул Мару, направляя вперед.
– Эй, а я уж подумал, что ты решила сбежать от меня, – с улыбкой сказал я.
Джоанна ничего не ответила, внимательно за чем-то наблюдая. Я проследил за ее взглядом и увидел, что недалеко от нас какой-то торговец орет на черную кошку, держа ее за шкирку. В принципе, ничего удивительного в этом не было, и я не стал задерживаться, направив Мару дальше по рядам базара. Джоанна направилась следом, но стоило нам немного замешкаться, как вдруг Лата чуть не сбросила Джоанну, встав на дыбы. Я развернул Мару, пытаясь перехватить поводья Латы.
– Да что случилось?! – крикнул я, когда испуганная кобыла наконец успокоилась.
– Кошка! Она так брыкалась, что задела Лату когтями! – воскликнула Джоанна и тут же обратилась к торговцу: – Вы вообще думаете, что делаете?! Отпустите животное!
– Мя-я-у! Мяу! Ш-ш-ш! – протестовала хвостатая против своего незаконного удержания.
– Тебя это не касается, женщина! Иди куда шла! – грубо ответил тот и снова встряхнул кошку так, что, казалось, у нее сейчас голова оторвется.
– Ваша кошка оцарапала мою лошадь!
– Да не моя она! Вот, испортила мне такой товар! – мужчина показал надкусанный кусок мяса.
– Этого хватит? – Джоанна протянула торговцу несколько монет. И когда только она успела их достать из сумки?
– Но… – удивился торговец.
– Мя-я-у!
– Да отпустите вы уже животное! – потребовала Джоанна. – Товар оплачен, проблем нет. Ну? Второй раз предлагать не буду.
– Ладно, – ответил тот, взял монеты свободной рукой и тут же разомкнул пальцы другой, сжимающие загривок несчастной кошки.
Черное создание с желтыми глазами легко приземлилось на все четыре лапы, еще какое-то время постояло, глядя на свою спасительницу, и наконец бросилось наутек.
– Ну вот и хорошо, – сказала себе Джоанна и развернула Лату в мою сторону.
– Женщина! – вдруг окликнул ее торговец. – Лови!
Джоанна, не растерявшись, тут же ловко поймала брошенный ей апельсин. Поднесла его к носу, вдохнула аромат и улыбнулась.
Торговец вернул ей улыбку и поспешил скрыться в глубине прилавка.
– И что это было? – не переставая удивляться своей спутнице, спросил я.
– Ничего, – ответила она, убирая вкусный подарок в сумку. – Просто ты сам говорил, что в этом городе принимают любого – и нищего, и богатого. Кошка не виновата, что у нее нет хозяина и приходится воровать. Каждый имеет право на существование. Даже если оно такое жалкое.
Я вспомнил, как еще не так давно в Юзаиле Джоанна за подобное воровство хотела отрезать мальчику руку. Теперь же она стала намного добрее, отметил я не без улыбки.
– Поехали, спасительница, пора бы и нам самим позавтракать, а не только смотреть, как утаскивают еду другие, – пошутил я и тут же схватился за голову.
– Что случилось? – обеспокоенно спросила Джоанна.
– Смерть. Там, в подворотне. Почувствовал, – пытаясь восстановить дыхание, объяснил я.
– Твоя сила и правда растет.
Боль начала отступать.
– Я стал видеть куда больше, чем раньше. Это правда, и это тяжело. Но стараюсь себя контролировать.
– Натан… – Джоанна взяла меня за руку. – Мы справимся.
Я кивнул. И мы, так и держась за руки, отправились к выходу с базарной площади.
– Джо, а ты действительно изменилась.
Девушка вопросительно посмотрела на меня.
– Конечно, над твоим характером нам еще предстоит поработать. Но помни, если ты не будешь никому улыбаться, то и тебе никто не улыбнется.
– Звучит так, будто я стала доверчивее. А это нехорошо.
– Джоанна, а какие вообще качества ты ценишь в людях? Назови любые четыре.
– Ну, наверное, умение слушать, умение применять знания, умение верить в светлое будущее. И пусть будет юмор.
– Ох, прямо все про меня, – я рассмеялся.
– Терпеть не могу твою самоуверенность, – покачала она головой, не переставая улыбаться. – Ну а ты?
– Честность и открытость. Да, да, именно то, чего тебе так не хватает. А еще доброта и справедливость. А вот не переношу я злость, причем безосновательную, предательство, лживость.
Возможно, Джоанна хотела и сама назвать какие-то еще черты, но наше внимание привлекла открывшаяся перед глазами новая площадь, на которой тоже стояли виселицы со вздернутыми людьми. И эти, похоже, висели на палящем солнце уже несколько дней.
– Кстати, если тебя будут вешать, – начал я, – задержи дыхание, это даст тебе шанс не погибнуть.
– Ты действительно считаешь, что такие знания могут мне пригодиться? – крайне удивленно сказала девушка. – Я просто хочу, чтобы такого не происходило в городах. Это же какой-то кошмар!
– Согласен, лучше быть королем на помойке, чем нищим во дворце. Джоанна, вообще-то все в твоих руках. Когда взойдешь на трон, избавишь страну от этого?
– А давай-ка я оставлю эти вопросы моему мужу!
