Как я это сделала, я не знаю, но искра появилась, зарядила и меня, и слегка зелье. Но этого было недостаточно, потому я повторила попытку. Держась из уже не существующих сил только лишь на последнем издыхании, я двинулась вперед, пытаясь сохранить мерцающие молнии в переливающейся блестками жидкости.
Точнее, как двинулась? Вороны делали за меня практически все, я только магию удерживала, в остальном – это все они.
Когда мы оказались в нескольких шагах от Мэридит, она, хоть и была занята, все-таки заметила нас.
– Что ты делаешь, ведьма? – Процедила сквозь зубы она.
Я ничего не сказала, просто что есть сил замахнулась (их, то есть силы, придали мне Вороны) и бросила в нее зелье. Она, конечно, не ожидала подобной наглости, особенно когда склянка разбилась о ее плечо и жидкость обрызгала ее. Она лишь поморщилась, а Вороны оттащили меня на пару шагов назад.
Мэридит выглядела недовольной, но вроде бы была в порядке. Что? Неужели я ошиблась? Неужели я где-то просчиталась, и ничего не получилось? Я не понимаю, не понимаю…
И тут она вдруг кашлянула и сложилась пополам. Это стало ее решающей ошибкой. Скарлет, которой было еще как лихо, заметила это сразу же, воспользовалась собственным преимуществом, сделавшись такой озлобленной, что я даже испугалась, как бы она весь мир сейчас с лица земли не стерла, а затем…
Мэридит ахнула от ужаса и осознания того, что сейчас произойдет, попыталась собраться, но… уже через секунду она превратилась в мокрое место. Кровавое мокрое место. Ах, вот что это значит!
Голова закружилась, в ушах снова зазвенело, перед глазами стало темнеть. Мне почему-то стало страшно, я ухватилась за последнее ощущение реальности и, вцепившись, в какого-то Ворона, быстро сказала:
– Помогите Скарлет.
Я не знаю почему, но с ее здравием мне было бы гораздо спокойнее. Да и осознание того, что кто-то еще умрет…
Нет. Нет. Нет…
Меня накрыло всеми смертями разом, и я все-таки сдалась, провалившись в беспроглядную черноту.
Тишина. Такая глухая и одинокая. У меня не было сил, чтобы дышать, не то чтобы что-то говорить. Хотелось покоя, но его не было. Меня донимали мысли, страхи и сомнения. Ничего не приносило облегчения. Особенно теперь.
Не знаю почему, но меня больше всего беспокоили не смерти моих друзей и близких, в голове так явственно крутилась одна только мысль: мы с Грэем могли бы быть счастливы.
Почему, ну почему? Я никогда не думала о возможностях, о будущем, о том, что вообще что-либо возможно после сегодня, я просто жила. А теперь… А теперь я сижу и думаю: почему этого не случилось?
– Я тоже об этом думаю, – прозвучал его голос.
Я обернулась и увидела Грэя. Тому, что он здесь я не удивилась, но его мыслям…
– Как ты услышал меня?
Грэй улыбнулся мне немного ласково, немного грустно.
– Ангелы слышат мысли, демоны слова, – объяснил он.
Я сделала глубокий тяжелый вздох и поднялась на ноги. Оказалось, я сидела на каком-то выступе где-то посреди развалин чем-то похожих на древнегреческий храм. Передо мной за обрывом расстилалось море, волны шумели, разбиваясь о скалы внизу, солнце медленно клонилось к закату.
Ничего из этого я не замечала до сего момента. Я знала, что, то ли сплю, то ли умерла, мне было все равно. Душа терзалась сомнениями несбыточного, я не могла сосредоточиться ни на чем конкретном.
– Ты знал? – Спросила я Грэя, стараясь лишь мельком заглядывать ему в глаза.
– Нет, – признался он. – Если бы…
Он запнулся и опустил глаза. Дело не в том, если бы он знал или не знал, дело в том, что не было суждено. Я это понимала, но по какой-то причине мне было сложно смириться с этим. Зачем тогда я увидела это? Чтобы всю свою жизнь терзаться сомнениями и предположениями, а что бы было, если?..
– Почему нас это накрыло сейчас? – Озвучила то, что и так висело в воздухе я.
Грэй поднял глаза и то ли с надеждой, то ли, наоборот, с обреченностью, посмотрел на меня.
– Я не знаю, – покачал головой он. – Но я бы хотел, чтобы это оказалось правдой.
Да, я бы тоже. Это несомненно. Но что я могла в действительности? Горечь очевидности обрекала лишь на страдания. Я не могла признаться себе, да и Грэю, что все могло бы сложиться иначе…
Еще какое-то время я молчала, пытаясь найти хоть какие-то причины для разговора. Их не было, но что-то же должно было заполнить пустоту. Иначе я не сдержусь. Он не сдержится. Будет больнее.
Ухватившись за единственное, что меня могло спасти в данной ситуации, я улыбнулась и произнесла:
– Вот уж кто расстроился бы нас услышать, так это Бас.
Грэй подошел ко мне чуть ближе. Опасная близость, но я не могла его оттолкнуть.
– Почему? – Тихо спросил он.
Я постаралась придать лицу безмятежное выражение и посмотрела на Грэя.
– Ты ему нравишься, это точно, – хмыкнула я.
Грэй опустил глаза.
– Дело не в этом, Вилу.
– Да ладно, ты просто не знаешь… – хихикнула я.
– Нет, Вилу, – по-доброму улыбнулся мне Грэй, – это ты не знаешь.
– Чего же я не знаю? – Честно говоря, я была удивлена услышать эти слова от Грэя.
Грэй сделал еще один шаг ближе ко мне и протянул руку.
– Позволь мне показать тебе?
