Когда за спиной сильный клан, а впереди вечность — можно забавляться всласть. Мои отказы никогда не напрягали РенШена всерьёз, игра “поймать лису” ему нравилась не меньше, чем мне игра “поймать феникса”.
Но сейчас за нами нет кланов, сами мы как никогда уязвимы, да и про вечность впереди стоит забыть.
Объединиться — единственное правильное решение.
— Обожаю тебя, Ни-Ни.
— Ха? Сгинь с моих глаз. Куда ты выбросил министра? Иди, откопай его из мусора, отряхни и заключи помолвку официально.
— Продолжай, Ни-Ни, без твоих драгоценных указаний, я бы ни за что не догадался, что делать.
Издевается ещё!
— Сгинь, — повторяю я. — И приходи вечером. У меня нет служанки, поэтому полотенца в купальне будешь сам держать.
Правда, купальни у меня тоже нет.
Проклятье, я не собиралась задерживаться! Но РенШен прав, отказавшись от титула, он потеряет многие полезные возможности. С моей точки зрения, раз титул его, то и страна — его. А раз страна его, значит, мы должны навести в ней порядок. По крайней мере, пожирателей следует искоренить. Клан Сян связан с пожирателями — это повод задержаться.
РенШен развеивает талисман, гасит иероглиф на створках двери.
Помахав не оборачиваясь, я выхожу.
— Ваше выс… ЯоЦинь!
— Дядя, неужели всё то время, что я убивала принца, вы ожидали? Как неловко.
— У-убивала?!
РенШен охотно демонстрирует царапину на шее.
— Ваша племянница очень сурова, министр Сян.
— Ваше высочество…, — что сказать, министр не знает.
Видимо, происходящее для него слишком абсурдно.
Оставив РенШена разбираться с министром, я возвращаюсь во двор к маме. Я слегка волнуюсь, что за время моего отсутствия кто-то мог прийти и обидеть её, но нет, во дворе ничего не изменилось. Наложница квакает в колодце, мама лежит, а доктор продолжает массировать её стопы. Хм, он не чрезмерно увлёкся?
Мама приподнимается на локте. Я внимательно осматриваю её с макушки до пяток. Кожа порозовела, в глазах появилась жизнь. Пилюля и массаж явно пошли на пользу. Добавим правильное питание, укрепляющие травяные настои… Через пару лет о болезни не вспомнит. Но улучшения не повод оставлять маму в резиденции с одной стороны, а с другой — я не уверена, что интерес госпожи Шан обрадует министра. Маму кто-то пил… Как бы этот кто-то не решил её добить. Надо срочно отобрать у РенШена пару теневиков и приставить к маме.
— Цинь-Цинь, всё хорошо?
— И-эр не ошиблась, четвёртый принц хочет видеть меня своей принцессой, — коротко поясняю я.
— Не наложницей? — удивлённо переспрашивает мама.
Невысказанное “ты всего лишь племянница, рождённая наложницей” повисает в воздухе.
— Принцессой.
— Госпожа, — вмешивается доктор, — не беспокойтесь. Четвёртый принц никому не позволит обидеть свою избранницу.
— И всё же, Цинь-Цинь, было бы хорошо войти во дворец его высочества простой наложницей. Ты сможешь спокойно жить в своём дворе. Ни императору, ни императорской наложнице не понравится, что их сын отдаёт титул принцессы тебе.
— Пфф.
Я сажусь, скрещиваю ноги и погружаюсь в медитацию. На эмоциях я ухитрилась обратиться в лисицу. Без хвоста, р-р-р! Усилием воли я гашу раздражение. Пока есть время, надо понять, что изменилось, в каком состоянии ядро и мередианы. По ощущениям обращение пошло на пользу, но всё равно нужно проверить. И зажевать перемены правильной пилюлей.
Картина взгляду открывается… неожиданная.
Меридианы выправились, в ядре остались незначительные складки, их я растяну. Ха… Меня можно поздравить с победой! Осталось чуть-чуть поработать, и я с смогу шагнуть аж на первую ступень первого ранга.
Кста-а-ати!
Хвосты у нас напрямую связаны с силой. Возможно, после прорыва и хвост начнёт отрастать? Или первой ступени мало, нужно пройти все девять и прорваться на второй ранг? Узнаю… Вдох-выдох. Одной волей для успокоения не хватает, и я слежу за дыханием. Вдох-выдох. Как бы мне ни хотелось вернуть хвосты, прыгать через ступени, нагружая духовные структуры ни в коем случае нельзя.
Я выныриваю из медитации от соблазнов подальше.
РенШен появится после заката…
— Юная госпожа? — раздаётся звонкий голос снаружи. Ни И-эр.
Жестом показав маме не волноваться, я выхожу на порог.
У обломков ступеней крыльца терпеливо ожидает незнакомая служанка.
— Да?
— Юная госпожа, ваш старший дядя приглашает вас в павильон “Счастливого созерцания”.
Служанка игнорирует крики мамаши моего братца, но не надо считать служанку глухой. Она обязательно доложит об услышанном… и не факт, что только дяде. Отказаться идти? Глупо. Лучше вовремя принять меры.
Не скрываясь, я предупреждаю маму, что ненадолго уйду.
— Веди, — приказываю я служанке. Моих детских воспоминаний недостаточно, чтобы найти нужный двор.
Служанка почтительно кланяется.
По пути я молчу, но служанка заговаривает первой:
— Юная госпожа вернулась домой, но до сих пор не имеет личной служанки. Эта ничтожная осмелится сказать, что старший господин исправит причинённую юной госпоже несправедливость и накажет виновных слуг.
Виновны не слуги.
