Кто-то из Штильцхен-команды подал Анне новый жакет, и она с облегчением сбросила с себя старый и изорванный, который надела, видимо, только для меня. Какая-то девочка протянула ей расчёску, и Анна быстро привела в порядок свои локоны, повязав их лентой.
– Так это всё неправда? – с трудом выговорила я, борясь с тошнотой. Сестрёнку было не узнать. – Ты тоже меня обманывала?
– Мы знали, что твоя любовь ко мне достаточно чистая и бескорыстная, чтобы заставить арфу заиграть, – бодро пустилась в объяснения Анна. – Так и получилось! Теперь Румпельштильцхен сможет создать величайшее заклинание в истории Чароландии. – Она тронула меня за руку, и я инстинктивно отшатнулась. – Но не волнуйся – тебя оно не коснётся. Я уговорю его, чтобы он не трогал никого из нашей семьи, когда начнёт переделывать Чароландию, чтобы она стала такой, какой должна стать.
Щекам стало горячо от слёз. Моя сестрёнка действительно оказалась самой настоящей злодейкой. Я думала, что смогу изменить её, но профессор Себастьян был прав: люди меняются лишь тогда, когда сами этого захотят. А теперь я из-за своей глупости и самонадеянности подвергла опасности не только друзей, но и всё королевство. Ну почему я не послушала Джекса?! Как я могла быть такой идиоткой?!
Я кое-как заставила себя собраться и твёрдо сказала, глядя Анне в глаза:
– Мне не нужно твоё заступничество. Я не собираюсь участвовать в ваших планах. И становиться на путь зла тоже не хочу. Даже ради тебя, Анна.
– Ах, Джилли, ты всегда так заботилась, чтобы мы с тобой оставались
Было видно, что Анна предана этой жуткой идее всей душой, но я чувствовала себя обязанной хотя бы попытаться – в последний раз.
– Прошлое остаётся в прошлом, – сказала я. – Единственное, что можно изменить, – это будущее. Не может быть, чтобы в глубине души ты этого не сознавала.
Вдохновлённое лицо Анны вновь омрачилось:
– Ты просто не понимаешь, как много хорошего он может сделать для каждого из нас. Забудь про СИШ и про всех этих твоих приятелей! – Она махнула в сторону моих друзей. – Твоя семья не они, а я!
– В последние месяцы мы были для неё больше семьёй, чем ты за всю жизнь, – огрызнулась Джослин. – Ты просто слишком завидуешь, чтобы признаться в этом даже себе самой.
– Завидую? Мне нечему завидовать! – отрезала Анна, хотя голос её дрожал. – Джилли просто трусиха, которая боится заглянуть в будущее! – Она резко повернулась к Гензелю. – Посади их в подвал вместе со всеми остальными. Не хочу, чтобы они путались здесь под ногами.
Любитель отбирать сласти у детей отволок меня туда же, где уже сидели мои друзья. Я была слишком сломлена, чтобы сопротивляться.
Я отрешённо наблюдала, как Анна переговорила о чём-то с троллем, пока остальные члены Штильцхен-команды продолжали собирать обломки арфы. Альву уложили на носилки и куда-то унесли. Гретель подняла нас всех на ноги и погнала своей палочкой, как скот, подхлёстывая магией тех, кто двигался, на её взгляд, слишком медленно. Заметив скользнувшую по её лицу тень, я подняла голову. Эрп всё ещё продолжал наблюдать за нами через стекло, но никто не обращал на него внимания. Эх, вот бы подать ему какой-нибудь знак... Вот только станет ли он помогать нам?
Какой-то парень деловито обыскал меня, отобрав углекопский кинжал и лук со стрелами. Я по привычке потянулась за луком, но парень швырнул его в общую кучу уже отнятого у пленников добра. Кинжалов, необходимых нам для спуска вниз по бобовому стеблю, не осталось ни у кого. В ту же кучу последовали мечи Джекса и Олли, а также мешочек Джослин, в котором она носила всякие магические штуки.
Я взглянула на Джека, а потом на Джекса:
– Прости меня. Ты пытался объяснить, что этот мальчишка водит меня за нос, а я тебя не слушала. И теперь мы все оказались в западне.
– Эй, послушай, – вмешался Джек, – меня-то ведь тоже надули! И вообще я шёл на риск ради своей семьи. Ты ведь поступила точно так же!
– В какой-то мере, – призналась я. – И посмотри, к чему это привело. Я в плену в каком-то замке на облаках, с троллем, злой колдуньей, коровой и сестрой, которая оказалась злодейкой. – Я снова перевела взгляд на Джекса. – Я – круглая дура.
Джекс ответил мне печальным взглядом:
– Мне очень жаль, что я оказался прав. Лучше бы я ошибался.
Я посмотрела в его фиолетовые глаза. Раньше мне этого хватало, чтобы успокоиться и воспрянуть духом. Но на этот раз не помогло.
– Я знаю.
Эл-Гри расплакалась.
