— А тебе он зачем?
— Нужен, — кратко отвечал мальчуган. — Ну, так здесь он? Да говори скорей, а то время идет!
— А тебе что, очень некогда, полента подгорит? — насмешливо справился часовой.
— О, мул несчастный! — с сердцем выговорил мальчуган и вдруг молнией, как ящерица, проскользнул у часового под рукой и кинулся вместе со своей собакой к лестнице.
— Стой! Стрелять буду! — завопил часовой.
— Стреляй! — сердито отозвался мальчишка. — Стреляй, Марио, если ты так глуп, что не узнаешь своих! — И с этими словами мальчишка и собака исчезли за поворотом лестницы.
Часовой Марио растерянно глядел наверх.
— Гм, видать, парень правду сказал… Кажется, и впрямь я видел его где-то. Никак, у Вито, а может, и в Парко. И собаку его видел, клянусь святым Джузеппе! Но куда это его несет? И зачем ему так срочно понадобился генерал?
А мальчишка уже бежал по верхней галерее суда, понукая собаку:
— Ищи, Ирсуто, ищи, миленький! Генерала ищи, понимаешь? Генерала Галубардо. Скорее, скорее, Ирсуто!
Ирсуто, словно понимая волнение хозяина, яростно тянул его в глубь коридора. Но вот пес остановился у закрытой двери, оглянулся на Луку и засопел.
— Здесь? Галубардо здесь? — Лука перевел дыхание и осторожно постучал.
— Войдите! — отозвался женский голос.
— Ох, Ирсуто, ты ошибся! — с упреком сказал Лука, но все-таки толкнул дверь. Ирсуто бросился в комнату, увлекая за собой мальчика.
Одним прыжком Лохматый перемахнул комнату и облапил юношу, сидевшего у стола спиной к двери. От неожиданности тот выронил бутылку чернил, которую держал в руках, и грязно-белая шерсть Ирсуто вмиг окрасилась в великолепный черный цвет. Однако ни Ирсуто, ни юношу это не остановило, и на глазах пораженного Луки они продолжали жарко обниматься.
— Ирсуто, собачка, как я рада! Лука, как хорошо, что ты здесь! А я уже так тревожилась! — лепетал юноша, уже вымазанный с ног до головы чернилами не меньше, чем Лохматый.
— Ох, да это ты, Лючия! — наконец-то узнал Лука и схватил ее за руку. — Где Галубардо? Он мне очень нужен! И чем скорее, тем лучше!
— Уехал с офицерами в порт, — отвечала Лючия и тотчас же затормошила мальчика: — Где ты пропадал? Не знаешь ли чего о синьоре Алессандро? Я прямо извелась — ведь ни о нем, ни о Пучеглазе с Монти до сих пор нет никаких известий. А где твой синьор Леоне? — спросила она наконец.
У мальчика сразу задрожали губы, и Лючия испугалась.
— Что, погиб? Говори, говори скорей!
— Жив, но сильно ранен, — торопливо отвечал Лука. — Я тебе после все расскажу, а сейчас мне надо бежать. Если нет Галубардо, я сам как-нибудь постараюсь пробраться в форт.
— В форт? Но зачем тебе в Кастелламаре? — удивилась девушка.
— Да там же все наши сидят… Я видел через решетку их всех. А еще раньше их увидел Ирсуто, — все такой же скороговоркой объяснял Лука.
— Наши? Их увидел Ирсуто? Да какие же наши? Волонтеры? — все еще не понимала Лючия.
Лука потерял терпение.
— О мадонна, какие бестолковые эти женщины! Ну, я тебе все после расскажу. А сейчас побегу… Ведь синьор Алессандро и Лоренцо видели меня тоже и, наверное, ждут, что я приведу помощь…
Мальчик побежал к двери, и за ним следовал выпачканный в чернилах Ирсуто. Только тут Лючия вышла из своего оцепенения и кинулась к Луке:
— Постой! Я иду с тобой! Я только сейчас поняла — синьор Алессандро и двое остальных здесь, в форту… — Она отбросила пачку каких-то бумаг и схватила широкий сицилийский нож. — Как ужасно, что нет генерала! А ты вправду их видел? — допрашивала она мальчика. — Может, их уже казнили?
Вместо ответа мальчик поцеловал скрещенные пальцы обеих рук, и Лючия немного успокоилась.
Они выбежали на улицу, Ирсуто — за ними. Откуда-то еще доносилась ружейная пальба, но улицы были уже запружены ликующими людьми. Проходивших гарибальдийцев окружали, обнимали, кричали им слова благодарности и привета:
— Да здравствует единая Италия! Да здравствует наш герой Гарибальди!
Мальчик и девушка еле пробирались сквозь праздничную толпу.
По дороге Лука успел рассказать Лючии, что Мечников был сильно ранен разорвавшимся снарядом и долго пролежал без сознания на земле, пока его не нашел он, Лука. Его перенесли в абруццкую хижину. Лука думал, что его офицер не проживет и ночи. Однако, к великой радости пастушонка, Мечников очнулся, попросил, чтоб его перенесли в госпиталь, и приказал Луке непременно найти Александра или Пучеглаза и сообщить им, что он ранен. Лука не хотел уходить, он все еще не был уверен, выживет ли его уффициале, но Мечников решительно прогнал его от себя.
