– Я сейчас поеду в школу и институт, где училась Лиза, выяснить кое-что надо, а потом заеду к старшим Фалиным, хочу проверить их отношение к невестке. Может, они о чем-то догадывались и поспособствовали выкидышу Лизы. И, Кирь, еще раз: не умалчивай важные детали, пожалуйста, – сказала я, несколько обиженная на своего товарища.
– Да, Тань, я вообще… я не думал, что эти дела связаны! – начал он оправдываться.
– Извини, Кирь, но просто неприятно, когда ты честно выполняешь свою работу, а кругом все молчат или недоговаривают, а потом заявляют: «Ты плохо выполняешь свою работу». И на самом деле дела Лизы и ее друзей не связаны, это Лиза так решила, а мне опыт подсказывает, что у нее свой конкретный недоброжелатель.
– Думаешь, тот же, кто толкнул тех трех женщин?
– Не исключаю. Мы обязательно выясним кто.
– Ну… Удачи тебе, – сказал Кирьянов, и я отключилась.
Школа № 23. Широкое кирпичное здание в пять этажей. Обычная школа. Когда я вошла, за столом у входа сидел охранник, полноватый мужчина с поредевшими волосами.
– Вы кто? Вы чей родитель? – спросил охранник несколько сурово, при этом внимательно, если не оценивающе, меня рассматривая.
– Я не родитель, а частный детектив, – сказала я с улыбкой, показав ему свое удостоверение, заодно заметила, что мужчина напрягся.
– А, э… а чего сюда детективам понадобилось приходить? У нас все по закону, – пролепетал он. А я обратила внимание, что в телефоне, оставленном на столе, идет футбольный матч, это понятно – человек хочет скоротать время. Но другая важная деталь: у него на правой руке у большого пальца едва заметные пять точек – сидел за решеткой.
– Поговорить с директором нужно, – успокоила я мужчину. – Я не по вашу душу. Свое вы уже отсидели.
– Ну ладно, – сказал мужчина недоверчиво и прикрыл рукой свою наколку.
– А может, и вы поможете мне?.. – начала я, и охранник снова напрягся.
Я улыбнулась: ну как ребенок, честное слово.
– Имя Елизавета Смазова вам что-нибудь говорит?
Черты лица охранника смягчились, только он посмотрел в потолок, как обычно это делают люди, когда хотят что-то вспомнить.
– Это которая дочка профессора Смазова?
– Да. Я так полагаю, вы давно здесь работаете, – ответила я. – Что можете сказать про эту девочку?
– Ну, я десять лет уже работаю. А эту Лизку-Смазку я помню, – охранник покачал головой. – Паразитка страшная была. Вроде бы четырнадцать лет, паспорт получила, а вела себя… ну как мартышка. Как маленькая и избалованная девочка, которой все должны. Она мне жвачки на стул лепила и несколько раз кнопки клала. Причем это безобразие продолжалось до одиннадцатого класса! Нормально? Вроде взрослая деваха, скоро в институт поступать, а там не за горами работа, брак и дети, а ведет себя… ну как гопник. И в лицо мне хамила: я неоднократно видел, как она уроки прогуливала, пряталась в раздевалке с телефоном, а на мои замечания говорила, мол, ты охранник, ты ниже, чем я, и ничего ты мне не сделаешь. Если бы не мой срок, – он показал пальцем на свою наколку, – и Смазов, батюшка ее, сам лично набил бы ей одно место, чтобы сидеть не могла и ходила как шелковая. – Мужчина махнул рукой. – Да и вообще, я считаю, что нынче молодежь бесстыжая стала. В зону бы их на недельку-другую, может, мозги на место встанут.
– Солидарна с вами. Частично, – сказала я, улыбаясь. – Просто не все родители умеют правильно детей воспитывать.
– Да я понял бы, если бы у нее родители алкашами или наркоманами были или если бы она была детдомовская, а тут папа – уважаемый учитель, ну стыдно же так вести себя! Как будто дочерью родители вообще не занимаются, – охранник развел руками.
– Ну да, – соглашалась я, вспоминая наглое поведение своей клиентки. – Спасибо за информацию, вы очень помогли. А где директор находится, не подскажете?
– У себя в кабинете, – ответил охранник. – Третий этаж, вторая дверь слева. Там еще табличка висит. Зовут Валентин Михайлович.
– Спасибо, – сказала я.
Поднялась я на третий этаж, нашла нужную дверь, где висела табличка «Директор», постучалась.
– Да-да, зайдите, – донесся оттуда голос. Я вошла в кабинет. Чем-то он напоминал кабинет Смазова в его квартире, только не такой роскошный, интерьер свидетельствовал о том, что его хозяина интересует удобство и порядок: все папки сложены ровно и по разным полкам, даже бумаги на столе, которые тщательно проверял Валентин Михайлович – мужчина под пятьдесят, в костюме, были расставлены в ряд. Директор не сразу оторвался от бумажек: видимо, решил, что это какой-нибудь учитель вошел в кабинет.
– Здравствуйте, – поздоровалась я.
Валентин Михайлович тотчас оторвался от бумаг и даже слегка удивился.
– Здравствуйте, чем могу помочь? – спросил он. – Напомните, пожалуйста, кто вы? Что-то не припомню вас…
– Я Татьяна Иванова, частный детектив, – с улыбкой я показала ему свое удостоверение и, прежде чем он подумает, что я по поводу налогов или его нашкодивших учеников, сразу перешла к делу: – Хочу спросить вас про одну из ваших бывших учениц. Смазову Елизавету Андреевну.
