Рахидэтель — страна контрастов. На её землях нашлось место и возвышенным культурам, и полудиким племенам. Ире, соскучившейся по дому, ближе сердцу большой город, но так ли он гостеприимен? Где найдётся больше отзывчивости — под сводами дворцов или в лесах, среди аборигенов, поклоняющихся существу, далёкому от цивилизации? Разбираться предстоит во время стремительного путешествия с востока на запад.
Annotation
Рахидэтель — страна контрастов. На её землях нашлось место и возвышенным культурам, и полудиким племенам. Ире, соскучившейся по дому, ближе сердцу большой город, но так ли он гостеприимен? Где найдётся больше отзывчивости — под сводами дворцов или в лесах, среди аборигенов, поклоняющихся существу, далёкому от цивилизации? Разбираться предстоит во время стремительного путешествия с востока на запад.
Гюрза Левантская
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
notes
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
Гюрза Левантская
Закон Долга. С востока на запад
Глава 1
Испытание
Туман, издалека казавшийся неприветливым, внутри не пугал. Ира шла уже больше четверти часа. Вроде прямо, хотя чувство направления потерялось ещё на первой минуте. Влага оседала на волосах каплями, будто прогулялась под дождём или снова очутилась на болоте с его удушливой влажностью. Мритнерилия говорила, что в тумане нельзя остаться навечно, что он помучит и потом или пропустит, или выведет прочь, потому страха не было. Один-единственный раз, желая вернуть себе чувство реальности, она присела на корточки и коснулась травы. Мягкая. Живая. Однажды попробовала позвать Лэтте-ри, но голос увяз в гулкой тишине.
Ходьба способствовала плавному течению мыслей, самой неприятной из которых была о том, что пройти дальше не удастся. И как будет стыдно, что опять поступила по-своему. Наверняка все уже волнуются. Наверняка хватились. Но она не могла не пойти.
Когда уходила, Линно-ри ещё дышал. Она специально пригляделась, чтобы в этом удостовериться. Ощущение песка, текущего сквозь пальцы, где каждая песчинка была безвозвратно утерянным мгновеньем, воспринималось практически тактильно. Нет. Не думать о том, что время закончится! Идти!
Сквирри любят новые лица. А она, как тут все поголовно уверены, больше чем просто новое. Интересно, хватит ли этого, чтобы разжечь их любопытство? Лишний шанс. Не двое, а трое. Ведь неважно, кого туман пропустит, а кого выгонит, главное, чтобы дошёл хоть один. Дошёл и рассказал о том, как все нуждаются в помощи. Как важно поговорить с Низзом, каким бы страшным тот ни был. Только бы у них было противоядие! Ведь Линно-ри брат Лэтте-ри! Что с ним будет, если лекарства…
Ира не хотела отпускать Лэтте-ри одного. Не после решительного «даже если мы не вернёмся». Она не позволяла себе допускать и мысли, что он может не вернуться. «Надеюсь, кто-то из тех, кто остался, поймёт, что я хотела сказать и куда ушла, оставив кинжал, и не станут искать по всему лесу… Ну когда же закончится этот туман?»
— Ау! — тихонько позвала она. — Пожалуйста… Пустите!
Она не надеялась, что сработает. А оно взяло и сработало.
Подул ветер, легонько пощекотав за щёку. Потом волной ударил под ноги, доказав, что болотные сапоги не преграда. Нырнул мимо пуговиц за пазуху. Куплетик резко нагрелся, и Ира потянулась прикрыть карман ладонями, защищая. Туман сбивался в клоки, похожие на шары сахарной ваты, и расступался на глазах, плыл назад, освобождая дорогу, но оставляя непроницаемый заслон позади.
За ним ждали стрелы и копья. Ира скосила глаза, проследив траектории и замерев статуей. Живот. Сердце. Шея. Голова. Одно неверное слово, и живой не выйти.
Она сглотнула, разглядывая сквирри. Больше всего они напоминали помесь аборигенов Австралии и индейцев Америки. Вся одежда — дар природы: травяного происхождения волокнистая ткань, куски шерсти, накинутые сверху и повязанные на пояс, ожерелья из клыков. Огромное количество украшений — бусики, браслетики, серёжки, перья, колечки… Чего только не было! От макушки до пальцев ног. На талии, удерживаемый поясами из плотной кожи, держался предмет одежды, представлявший собой юбку пополам с набедренной повязкой. Он далеко не всегда плотно прикрывал бёдра.
Прямо напротив неё, практически срывая шнуровку с её груди копьём, замер высокий воин. Краска и толстый слой жира подчёркивали кубики и рельефы мускулов. Лицо покрывало не меньшее количество краски, а волосы, которые можно было с трудом разглядеть среди пёстрого головного убора, лоснились от какого-то маслянистого состава. Брови сходились треугольником, усиливая и без того свирепое выражение раскосых глаз.
— Что тебе нужно в Руин-Ло? — резко спросил он на чистом, без акцента, всеобщем языке, тыча в неё остриём копья. — Мы, кажется, наглядно показали, что вам тут не рады.
— Нам нужна помощь, — проговорила она севшим голосом.
— Кому «нам»?
Она открыла рот для ответа и запнулась. А ведь и правда — кому? В их отряде все идут как в сказке про репку — бабка за внучку, внучка за Жучку. Дайна-ви со своей бедой, она за ними, в надежде понять, что делать. Альтариэн и Каю — за ней в целях разведки, за ними — солдаты. Одарённые — за новыми знаниями. Варн тащится, влекомый связью братания. Нет единства. То самое, из-за чего их не пустили. Так от чьего имени говорит она? Ответ родился сам собой:
— Сейчас в вашем тумане блуждают двое дайна-ви…
— Это ещё кто?
