— Хм, м-м-м… да. Не скажу, что польщён, но всё ж таки. Не каждый день вам говорят подобные вещи, — Крейг осторожно подбирал слова. — Даже не буду спрашивать, откуда у вас подобная информация. Но… Ради всех угодников, мистер Джентри, кому я понадобился⁈ Зачем кому-то убивать меня⁈
— Возможно всё дело в содержимом вашего багажа, — закинул пробную удочку Джейсон.
Как оказалось, Гордон видел старшего инспектора насквозь. Он понимающе усмехнулся:
— А вы тот ещё фрукт, сэр. Думаю, в силу занимаемой должности вы как никто другой понимаете, что существует такое определение, как неразглашение профессиональной тайны. Я не могу рассказать вам ровным счётом ничего о содержимом столь заинтриговавшего вас чемодана. Всему своё время, инспектор. Поверьте мне на слово, то, что сокрыто здесь…
Учёный легонько похлопал по обтянутому коричневой кожей боку чемодана.
… способно поразить любого, даже самого избалованного и повидавшего человека. Моё новое изобретение способно изменить общество.
— В какую из сторон?
— Безусловно, в лучшую! — Крейг выглядел неподдельно удивлённым. — Я работаю исключительно во благо человечества и мира. Я не произвожу оружия, мистер Джентри. Мне претит само осознание, что некоторые изобретения великих и могучих умов способны причинять вред, уничтожать и разрушать. О, нет, моя стезя — это искусство!
Джейсон навострил уши. Искусство? О чём это он? Как механические гаджеты и плюющиеся паром технические новинки могут быть искусством? Похоже, Крейг начал заговариваться. Сам же учёный торопливо отвёл глаза в сторону, словно сболтнул лишнего. Очень странно. Джентри не знал, что и думать. Он поймал себя на том, что ловит каждое слово своего подопечного. Достаточно интересный и познавательный разговор с учёным окончательно изгнал донимавшую Джейсона зевоту.
— Я не верю, что моё новое изобретение является настолько аппетитной приманкой для враждебно настроенных ОСУ людей, — упрямо повторил Крейг. — Я не вижу никакого смысла в моём физическом устранении. Ну сами посудите, зачем убивать такого безобидного парня, как я? Ведь это же всё равно, что прикончить поэта или художника! Возможно, кому-то и взбрело в голову украсть мой прототип. Тут, пожалуй, я ещё могу согласиться с вашими рассуждениями о заговоре вокруг меня. Но… неужели всё настолько серьёзно?
Дилижанс неожиданно заложил крутой вираж. Вальяжно откинувшегося на спинку сиденья Крейга швырнуло в сторону и вперёд. Он чуть не завалился на Джентри. Салон огласило отборной бранью, в которой Гордон мастерски переплетал нецензурные выражения с пожеланиями скорой смерти ополоумевшему кучеру. С улицы донеслось ржание, утробное механическое пыхтение и резкий, раздирающий уши противный трубный звук — сигнал клаксона-дудки. Джейсон не сразу сообразил, что их обогнал, подрезая, чей-то паромобиль.
— Чёрт возьми, да у вас тут движение, что Святое столпотворение! Сколько развелось этих проклятых машин!
— Прогресс, — с наигранным сочувствием развёл руками Джентри. — А представьте, что будет, когда паромобили и омнибусы полностью вытеснят кареты и конные экипажи?
— Не пытайтесь загнать меня в угол, играя на моём же поле, — буркнул учёный, поправляя съехавшую на нос шляпу. — Прогресс не остановить. Он умчится вперёд, как этот паромобиль, что вы и окликнуть его не успеете. Так куда мы едем? Вы что, намереваетесь спрятать меня в подземный бункер, чтобы уберечь от возможно идущих по моему следу убийц? Или же мы направляемся прямиком в Империал-Ярд, где мне будет предоставлена в безграничное пользование самая удобная и безопасная камера?
Джейсон свирепо взглянул на Крейга:
— Не надо ёрничать, сэр. Никаких камер и подвалов. Мы едем ко мне домой.
— К вам домой? Э-э-э… Я не совсем уверен, что это здравая идея, старший инспектор. Наверняка, в одной из гостиниц уже забронирован номер на моё имя.
— Да, вы совершенно правы, — пожал плечами Джентри. — Согласно плану, я должен был разместить вас в «Клэрстоун», но буквально в последний момент я передумал.
Крейг понимающе хмыкнул:
— А начальство знает о внесённых в генплан коррективах?
— Нет, — Джейсон отодвинул непроницаемую плотную шторку и выглянул в окно. — Об этом никому не известно. Никто не узнает, что вы будете жить у меня.
Некоторое время в кабине подпрыгивающего на выбоинах в мостовой дилижанса царила тишина. Снаружи доносился скрип рессор, стук колёс по устилающему дорогу камню, гудки, крики зазывал, шум разгулявшегося большого города.
— А что скажет ваша семья на моё появление? — Крейг смущённо теребил воротник застёгнутого на все пуговицы пальто. — Знаете ли, не хотелось бы стеснять вас.
— У меня нет семьи, — обыденно сказал Джейсон. — Я снимаю комнаты у одной милой старушки на Сторм-стрит.
— Убеждённый холостяк? В чём-то я вас даже одобряю и понимаю. Женщины… Они, знаете ли, мешают творческому процессу созидания, отвлекают, наполняют думы греховными мыслями, сбивают с пути. Хм, мистер Джентри, вы говорите, что никто не узнает, куда мы едем, верно? А как же быть с кучером?
